– Если ты сообщишь об этом, конечно, я могу сесть. Тебе повезло, что я не убил тебя нахер. Но просто знай, – Гэвин остановился, пытаясь унять сильное желание снова придушить Диллана до смерти. – Однажды я выйду. Выйду, будь абсолютно уверен. И когда это случится… Ничто не остановит меня от того, чтобы убить тебя. И даже безумная любовь к женщине, которой ты разбрасывался, не остановит меня от уверения, что ты никогда больше не сделаешь ни одного гребаного вдоха. Так что учитывай эту крохотную информацию, прежде чем бежать к копам. Если ты знаешь меня достаточно хорошо, то понимаешь, что это не пустая угроза от слабака, который любит избивать женщин. Это слова мужчины. Мужчины, который будет смеяться всю дорогу до газовой камеры, пока твоя мать будет плакать всю дорогу до твоей чертовой могилы. Понимаешь меня?

Тяжело дыша, Диллан смотрел на Гэвина и молчал. Простое решение оставшегося без ответа вопроса: еще один удар локтем по губам Диллана.

– Ты блять понял меня? – зарычал Гэвин, и его лицо исказилось яростью.

– Да! – ответил Диллан сквозь стиснутые окровавленные зубы.

– Хорошо, – сказал Гэвин коротко, вставая. Он подошел к двери, но, прежде чем отпереть её, обернулся и прищурился. – И если узнаю, что ты снова приблизился к её работе, я позабочусь о твоих похоронах в закрытом гробу.

С этими словами Гэвин открыл дверь и направился сквозь толпу. Не оглядываясь, он слышал суматоху в офисе Диллана. Прямо в цель. Он слышал, как Диллан орал убираться всем из его кабинета. Острое чувство стыда в голосе Диллана пронеслось по воздуху, когда Гэвин зашел в лифт.

По дороге вниз Гэвин проверил часы. Оставалось меньше пяти минут, чтобы успеть через весь город, и Гэвин достал из кармана сотовый и набрал Эмили сообщение, давая ей знать, что задерживается. К тому времени как он оказался у машины, она ответила.

Эмили: Я буду здесь ждать тебя. Пожалуйста, будь осторожен. Не гони! Люблю тебя.

Гэвин выехал из гаража. Пока полз по дороге, никак не мог оторваться от телефона. Он снова и снова перечитывал сообщение Эмили. Эмоции зашкаливали, но Гэвин знал, что должен зайти в кафе с видимостью нормального состояния. Только он не был уверен, что сможет. Тридцать минут спустя он должен будет пройти этот своего рода тест.

Найдя свободное для парковки место, Гэвин вышел из машины, провел рукой по волосам и пошел внутрь. Не успев сделать больше трех шагов в кафе, он увидел Эмили. Дыхание сбилось, как всегда, когда он увидел её за столом, читающую книгу. Как раз тогда Гэвин понял, что обязан ей. Понял, что нет ничего, что бы он ни отдал за неё. Черт, каждый день, в котором он просто дышит рядом с ней, будет полным. Сегодня он бы отдал за неё свободу. Свою жизнь. Она была в его крови, и неважно, если бы он провел двадцать лет за решеткой в оковах за то, что сделал с Дилланом. Он только надеялся, что смог разорвать цепи вокруг её сердца, которые оставил Диллан, потому что надранная задница Диллана не могла освободить её от страхов. Гэвин знал, он всегда будет стирать её слезы, но он отчаянно хотел стереть её болезненное прошлое.

Как будто чувствуя его, Эмили подняла голову, прекрасная улыбка озарила личико, когда она встретилась с ним глазами. Банально или нет, но её улыбка озарила комнату, словно огненный шар на темнеющем небе. Банальности были созданы для неё. И точка. Снова Гэвин чувствовал себя так, будто из легких выкачали весь воздух. Он видел, как исчезает её улыбка, лицо становится озабоченным, когда она встала. Дьявол. Гэвин окинул взглядом свою одежду. Пробыв в своих мыслях всю дорогу, он забыл привести себя в порядок. Знал, что выглядит как растрепанное месиво. Он не надел пиджак, и рубашка была выпущена. Забыл про галстук и крошечные пятна крови на белом расстегнутом воротнике.