Сердце Эмили ухнуло, упав прямо в пятки. Не в силах дышать, говорить или думать, единственной ясно функционирующей частью тела Эмили остался слёзный канал. Работал достаточно хорошо, просто потому что Эмили впала в истерику, жадно глотая воздух в попытке успокоиться. Ошеломлённая результатами прямо перед глазами, Эмили медленно встала и пошла вниз по лестнице. Как же ей хотя бы начать говорить Гэвину? Сейчас ей нужны слова, а в голове было пусто, ни одной связной мысли. Эмили вышла на заднее крыльцо. Взглядом встретилась с Гэвином. Сидя в одном из шезлонгов, он склонил на бок голову, увидев её. Она была рада, что он не пошел вместе со всеми на пляж. Не хотела говорить ему у всех на глазах. Нужно сказать ему наедине. Она только хотела бы знать, как.

Остановилась перед бассейном, она наблюдала, как Гэвин идёт к ней. Она могла сказать, что он знал о сумбуре в её голове. Сердце кровью обливалось при виде его глаз. Встав перед ней, он накрыл ладонью её щеку, вторую осторожно положив на живот.

– Что не так? – спросил он. Его нервозность была осязаемой.

Эмили сглотнула, ее слова срывались с губ между глубокими вдохами воздуха:

– Понимал ли ты год назад, в этот самый день, что начал спасать мою жизнь? – Гэвин начал было говорить, но Эмили продолжила. – Ты спасал, Гэвин. Я не понимала этого тогда, но ты спасал. За последний год мы пережили больше, чем любая пара должна переживать в начале отношений. Мы заслужили перерыв. – Она посмотрела на свои часы и быстро взглянула на него. – Поцелуй меня прямо сейчас. Поцелуй так, как целовал год назад в эту самую ночь. Хоть и обещаю, что не остановлю тебя.

Не раздумывая, Гэвин притянул её в своему рту, скользя своим языком по ее. Хоть и знакомый, её поцелуй всегда будет новым для него, чем-то неизведанным с каждым её прикосновением. Над ними мерцали огни фейерверка, а Гэвин целовал её так, как делал это впервые, оказавшись достаточно удачливым, чтобы почувствовать её губы, ощутить её в своих руках. На этот раз Эмили не разрывала поцелуй, но Гэвину пришлось остановиться из-за её всхлипов. Он хотел заговорить, но Эмили повергла его в шок.

– Ты сказал, не важно, кто отец Ноа, и ты будешь любить и растить его, как собственного.

Опустив руки, Гэвин чувствовал, как кровь отливает от лица, как сердце трепещет в груди.

– Когда ты сказал мне это, я не знала, что думать, – плакала Эмили, накрыв ладошками его щеки. – Ты знаешь, сколько бы мужчин после такого осталось? Немного. Ты принял меня обратно после всей той боли, что я причинила тебе, а потом принял тот факт, что, возможно, не являешься отцом ребенка, которого я ношу. Мне нужно было бы любить тебя вечность, прежде чем взять такую ответственность. После этого, я знала, что найду тебя в следующей жизни. – Она остановилась, легко коснувшись его губ своими. – Гэвин Блейк, судьба сыграла с нами в шутку в самом начале… Но, видимо, достаточно подшучиваний. Она дает нам перерыв, который мы заслуживали с самого начала. Ноа – твой сын.

– Что? – выдохнул он, чувствуя, как тяжкий груз падает с плеч. – Я?

Эмили кивнула, и слезы брызнули из ее глаз.

– Да, ты. Я проверила и…

Настала очередь Гэвина прервать её. Он зарылся пальцами в её волосы, снова притягивая к своему рту. В голове прояснилось, и он проговорил в перерывах между поцелуями:

– Ты уверена? Скажи, что уверена, Эмили.

– Уверена, – плакала она, удерживая его лицо и целуя также отчаянно, как и он её. – Он твой, Гэвин. Твой.

– Господи Боже, – усмехнулась Оливия, подбегая к ним. – Спален полно. В смысле, дом большой, Гэвин. Забери её внутрь. – Эмили улыбнулась, вытирая слёзы. Нахмурившись, Оливия казалась запутавшейся, как чертёнок. – Ладно. Секундочку. Ты плачешь, но целуешь его? Я что-то пропустила?

Гэвин усмехнулся, обвив рукой плечи Эмили.

– Да. Ты пропустила новость, в которой говорится, что я отец Ноа.

Оливия выпучила глаза:

– Чтоб тебе! – она чуть не запрыгнула к Гэвину на руки, её визг был слышен, даже несмотря на шум салюта. – Ребята, вы это серьёзно? Он папуля маленького?

Гэвин поджал губы, не переставая улыбаться:

– Умопомрачительный папуля.

Хлопнув в ладоши, Оливия помчалась по лестнице, ведущей на пляж:

– Расскажу остальным!