– Гэвин, ты сильный мужчина. Всегда таким был. Впервые, когда я взял тебя на руки, ты одними только глазами сказал мне, что дашь миру знать о себе, и, черт, сын, ты так и сделал. Ты заставил нас с матерью гордиться. Знаю, возможно, ты чувствуешь эту силу с рождения, с момента первого вздоха, но ты хранил её в себе не для того, чтобы просто отпустить. Найди её снова. Она там. Как мужчина и отец этого ребёнка, твой он биологически или нет, ты будешь оберегать вас с Эмили. Ты человек, который вырастит из этого ребенка мужчину. Вы с Эмили будете нужны друг другу и, возможно, даже больше, чем когда-либо. Но что бы ты ни делал, никогда не проси небеса принять решение за вас. Опять же, всему есть причина. Что действительно важно, так это то, как ты поступишь с принятыми решениями. Можешь позволить им сломать себя или же сделать сильнее.

По мере того как слова, в которых он так нуждался, просачивались в его сознание, Гэвин смотрел на дом. Глядя, как мама с Эмили вышли на крыльцо, он пытался сосредоточиться на словах отца, но как только звезды осыпали небо, появился страх, что до тех пор, пока в его руках не будет результатов теста, он не сможет найти в себе силы, чтобы провести их через всё это. Когда сомнения сковали каждую его клетку, Гэвин встал и подошёл к Эмили. Нацепив улыбку, он осторожно подтолкнул её в свои объятия. Чувствовал себя проигрывающим. Мужчиной, который продолжит проигрывать, если Ноа – не его сын.

– Привет, – сказала она, улыбнувшись. – Все идут на пляж запускать фейерверк. Я и не думала, что здесь так зябко. Вернусь обратно, возьму пиджак. Тебе что-нибудь нужно?

Гэвин не ответил. Нет. Вместо этого он склонился, припав к её губам. Пристыженный переполнявшим его чувством вины, скрывая свои чувства, он жадно целовал её, зарываясь пальцами в её мягкие локоны. Интересно, чувствовала ли Эмили вкус страха на его языке или неуверенность в его объятиях. Он не знал, как долго они уже стоят вот так, укрываясь в руках друг друга, но в эту секунду он хотел иметь возможность остановить время. Остановить от движения вперед к зловещему моменту, когда он не в силах будет уберечь её.

Эмили медленно отстранилась, ловя взгляд Гэвина:

– Ты в порядке?

– Да, – просто соврал Гэвин. – Я могу пойти и взять твой пиджак.

– Всё в порядке. Мне нужно в ванную. – Она коснулась его щеки и улыбнулась. – Встретимся у пляжа.

Гэвин кивнул, и она отправилась в пустой дом. Пока мыла после туалета руки, Эмили забеспокоилась о том, как выглядел Гэвин. Боже, она просто хотела, чтобы их ожидание закончилось. Хотела вернуть того беззаботного почитателя Янки. Ожидание так сильно калечило его, что Эмили, не в силах ничего с собой поделать, переживала за него до боли. Вздохнув, она выключила свет, продолжая молиться, чтобы ожиданию поскорее пришел конец. В спальне, включив свет, она вытащила из чемодана пиджак. Как хорошо, что взяла его с собой. Эмили накинула его и направилась к двери, но остановилась; ее ноги словно приклеились к полу, когда она взглянула на лептоп Гэвина. Сквозь нее прошла острая боль.

Любопытство взяло верх, и Эмили медленно опустилась на край кровати. Глядя на экран, Эмили не могла остановиться, пальчиками выстукивая код Гэвина. Она знала, что результаты теста на отцовство придут не раньше чем через пару дней, ругала себя за подглядывание, только что-то подтолкнуло проверить. В нужном месте она набрала электронный адрес. Когда сайт загрузился, а сердце заколотилось, Эмили набрала номер, присвоенный ей для проверки результатов. Хотя она никогда не была математиком, а английский язык не был у неё основным предметом, эта серия цифр и букв были словно выжжены в её голове. В напряжении она смотрела, как сайт начал загружать информацию. Страница отличалась от той, что выскакивала в прошлые разы, когда она проверяла. Вместо неё вдруг появились жуткие песочные часы. Эмили в ожидании смотрела на них, а они на неё.

Дышать…

Маленькие злобные песочные часы исчезли…

Дышать…

Голубой треугольник, представляющий – отец ребенка…

Дышать…

Графа, показывающая возможного отца, сказала «привет»…

Дышать…