Однажды в выходной Маринка не спеша шла по городской улице в магазин. Илюшка мирно спал в коляске. Вдруг сзади ее кто-то тихо окликнул. Она обернулась. Прямо за ней чинно шла супружеская пара, тоже с детской коляской. В высоком, стройном мужчине она узнала того, о ком столько думала в последнее время.

— Димка! — только и смогла сказать Маринка.

— Здравствуй! — Димкины глаза потемнели и увлажнились.

— Ну как ты? Кто там у тебя? — Маринка сделала шаг по направлению к его коляске.

— Ну я и болван! — вдруг сказал Димка в своей обычной нагловатой манере. Так он вел себя, когда очень смущался. — Я же вас не познакомил! Светка, это Марина Смирнова… Или ты теперь не Смирнова?

— Та самая Марина?.. Много слышала. — Светка загадочно улыбнулась.

— Марина, это Света. Впрочем, заочно вы знакомы.

— Как это? — удивилась Димкина жена.

— Очень просто. При случае расскажу.

Тут разбуженный разговором Илюшка проснулся и громко заявил о своем существовании. Маринка взяла его из коляски на руки:

— А вот и мы!

— Какой хорошенький! — подскочила сразу Светка. — Мусипулечка просто!

— А на кого это он похож? — с подозрением спросил Димка, приглядываясь к младенцу. — Уж точно не на тебя. Такой светленький! Наверно, на твоего московского мужа, да?

Илюшка мгновенно перестал плакать и внимательно посмотрел на Димку. Потом улыбнулся и протянул к нему ручонки.

— Вот уж нет, еще этого не хватало! — отпрянул тот и спрятался за жену.

— Дима, как тебе не стыдно так говорить! — сказала ему строго Света. — Это же всего лишь ребенок!

— На кого же ты и вправду у меня похож, сыночек? — отозвалась Маринка, всеми силами пытаясь отвлечь малыша от пристального созерцания Димки. — А вашу крохотулечку можно посмотреть?

— Конечно! — разулыбалась Светка и приподняла полог коляски. Там лежало маленькое существо в розовых пеленках.

— Ой, девочка, лапочка! — восторженно выдохнула Маринка. — А как зовут?

— Ленка! — гордо заявил Соловьев. — Моя точная копия, между прочим.

— Ну здесь наши мнения немного расходятся. — Светка хитро подмигнула Маринке. — Этот замечательный отец даже роды проспал, но это сейчас не важно.

Тут Илюшка снова зашевелился и начал улыбаться Ленке во всю ширину большого беззубого рта. Маринка немедленно разулыбалась вместе с ним:

— Ты мое солнышко! Красивую девочку увидел, да? Это почти твоя сестричка…

— Лучше бы он никогда не видел красивых девочек! — неожиданно мрачно заявил Димка. — Светка, нам домой пора. А то Ленка проголодается, опять орать будет. И так голова болит. Поехали!

— Марина, мне было очень приятно с вами познакомиться. Я много слышала о вас от Смелова из райкома, как вы с детьми работали. Может быть, мы как-нибудь увидимся?

— Непременно! Я тоже была бы рада. Заходите!

— А ты разве не на выходные из Москвы приехала? — удивленно спросил Соловьев. — Ты вообще где живешь?

— На Вольной, у Матвеевны. В Москве сейчас жарко, душно, Илюшке там было плохо. Вот и приехала на лето.

— Ладно. Значит, еще обязательно увидимся!

Димка обернулся и вдруг улыбнулся на прощанье. Ветер растрепал его волосы. Совсем как в детстве! У Маринки снова земля поплыла под ногами, как будто она окунулась в глубокие омуты родных серо-голубых глаз. Она покрепче прижала к груди Илью, отвернулась, стараясь не выдать нахлынувших чувств.

На следующий день, как обычно, Маринка сидела в излюбленном укромном местечке на поляне у реки. Здесь ее никто не беспокоил, и она скинула одежду, просто загорала, подставляя усталое тело горячим лучам. Илюшка мирно спал под деревом в коляске, занавешенной от яркого солнышка. Молодая женщина откинула голову и смотрела на бегущую речную воду, отражающиеся в ней облака. Не хотелось ни о чем думать, только целиком отдаться этому мгновению. Природа как будто забирала себе все печали, растворяла их в светлом просторе своей благодати. Вдруг рядом что-то заскрипело, зашуршало, и на поляне появился Димка Соловьев с детской коляской. Он был в коротких шортах и белой футболке, на носу красовались солнцезащитные очки.

— Привет! — помахал он рукой, оставил коляску и подошел к Маринке. — Так и думал, что ты здесь сидишь. Где же еще?

Обомлевшая от неожиданности, Маринка начала торопливо набрасывать на плечи кофточку.

— Димка, ты! Нельзя же так людей пугать! — прошептала она.