Юлька тоже с удовольствием захаживала к ней в гости, тем более, что от работы сюда было рукой подать, и каждый раз комментировала произошедшие за время ее отсутствия изменения. Марине нравилось слышать искреннее восхищение в ее голосе, и она каждый раз находила, чем бы еще удивить свою подругу. То это были новые покрывала на мягкую мебель, то собственноручно сшитые саше для тапочек, газет и косметики. Марина вертелась как белка, облагораживая свой дом, и на время он стал ее единственной отрадой и развлечением. Пресловутая Турция с ее пляжами отошла куда-то даже не на второй, а на третий или четвертый план.
* * *
За этими приятными заботами пролетела зима, за ней весна. А летом Марина, наконец-то, решила, что основное, что она хотела сделать с квартирой, она сделала, и самое время заняться собой, любимой. Она молода, красива, богата, так зачем прятать себя от общества и от возможного счастья в той самой личной жизни? Ее друзья бурно поддержали такое долгожданное решение, и наперебой предлагали ей всевозможные виды отдыха и развлечений, которые бы позволили ей завязать близкие знакомства с представителями противоположного пола. Великодушный Вася даже предложил ей познакомиться с кем-нибудь из их с Костиком компании, на что Марина, фыркнув, ответила: «Нет, спасибо, подружки у меня уже есть».
Сначала Марина остановилась на дискотеках, и увлеченно порхала из одного ночного клуба в другой, отдаваясь буйству танцев и ни к чему не обязывающего флирта. Пару раз ей даже казалось, что она нашла того, кого нужно… Но увы: как только кавалеры узнавали, что она — обладательница роскошной квартиры, их натиск возрастал просто в геометрической прогрессии, что наводило Марину на определенные раздумья и вытекало в весьма конкретные выводы. Неутешительные для кавалеров. Что ж, это было грустно признавать, но Марина с каким-то фанатичным упорством «клевала» исключительно на альфонсов. Привлекали они ее чем-то, ну что тут поделаешь! Скучные бизнесмены и прочие деловые личности им и в подметки не годились, что касается веселого времяпрепровождения и задушевных разговоров. Значит, вариант дискотек оказался негодным. Надо было искать что-то другое.
С подачи все того же неугомонного Васи она однажды отправилась на вечер знакомства в парк культуры. Программа обещала «душевное чаепитие», «беседы по интересам» и еще много чего в том же духе. Едва войдя в зал, Марина сразу же оказалась в центре внимания трех милейших старичков, вырваться от которых ей стоило пятнадцати минут героических усилий. Придя в себя и немного оглядевшись по сторонам, никого привлекательного Марина не обнаружила. Все личности, как один, вызывали к себе в крайнем случае вежливое сострадание, но никак не симпатию. Какой-то непризнанный гений все порывался почитать свои стихи, юноша болезненного вида скромно сидел в уголке, всеми силами пытаясь изобразить, что его здесь нет. Черноволосый упитанный живчик лет тридцати пяти подкатывал ко всем присутствующим женщинам подряд и громко рассказывал скабрезные анекдоты, первым хохоча над ними во всю мощь своих легких. Марина сбежала оттуда, не просидев и часа, и потом долго припоминала Васе и стариковскую троицу, и растрепанного гения. Вася комично закатывал глаза к небу, бил себя в грудь, публично каялся. Ну разве можно с таким поговорить о чем-нибудь серьезном?