— Давай же, — поторопил он.

Боже, почему это настолько сложно? Салли чувствовала, будто её тело превратилось в гранит. Ладони были холодными, несмотря на комфорт, который дарили объятия Галена. Но она могла сделать это.

— Вы поможете мне? — прошептала она.

Руки Галена сжались.

— Хорошая девочка, — промурлыкал он в её волосы.

— Конечно, поможем. — От огромной улыбки Вэнса её сердце пропустило удар. — Храбрая девочка сделала первый шаг.

Она на мгновение прикрыла глаза; их одобрение окутывало её, как тепло от солнца в холодный грустный день.

Гален усмехнулся:

— И сейчас ты чувствуешь себя, будто пробежала милю?

— Скорее, десять, — пробормотала она.

Христос на костыле, это была только одна крошечная просьба.

Вэнс встал и обхватил её подбородок, приподнимая лицо. Его проницательные глаза были как ножи, проникающие прямо в душу.

— Мне нужно знать, откуда у тебя такая проблема, Салли, но я могу немного подождать.

Ох, спасибо, Господи.

— А пока твоя работа состоит в том, чтобы попробовать говорить нам напрямую то, что тебе нужно, и когда тебе это нужно.

И это должно быть легче для нее?

Вэнс подождал, пока она кивнет, и затем отпустил её.

— Кроме того, ты будешь честно делиться с нами своими чувствами, если мы попросим, — добавил Гален. — Будь осторожна, зверушка. Я буду часто тебя спрашивать.

На самом ли деле она хочет этого? Но так и есть. За все эти годы она не нашла своего Дома. Что если проблема не в Домах? Что если дело в ней?

— Я постараюсь.

— Это всё, о чём мы просим, милая.

От улыбки Вэнса её дрожь затихла.

Подумав, что они закончили, она попыталась встать.

— Пока нет.

Гален сжал руки на её талии, удерживая на своих коленях, пока разминал ее скованные плечи. Крепкой ладонью он прошелся по ее руке. Зарылся во влажные волосы и обхватил затылок.

Когда она прислонилась головой к его плечу, то поняла, что он гладит её так же, как она утешала испуганных котят. Когда он устроил ее, прижав теснее к себе, она обмякла и погрузилась в умиротворённую дымку, позволяя ему делать то, что он хочет.

В следующей жизни Салли захотела быть кошкой.

— Так лучше, — через некоторое время сказал он. Оставив легкий поцелуй, он поставил её на ноги. — Хотя мне бы хотелось обнимать тебя дольше, но тебе нужно поесть.

— Блинчики или яйца? — спросил Вэнс. Он встал и вытащил сковороду из шкафчика.

Салли стояла на месте, смущённая его вопросом. Фрэнк всегда заставлял её готовить.

— Эм. Я могу сама приготовить.

— Ты сделаешь это, рано или поздно. Каждый вносит свою лепту в этом доме. Так…? — Вэнс вопросительно поднял бровь.

Лучше всего было бы сейчас получить хорошую дозу углеводов. Она позже побеспокоится о калориях.

— Блинчики.

— Принято.

Что-то задело её ногу, и она, взвизгнув, подпрыгнула на месте, почти потеряв равновесие. Пытаясь игнорировать пульсацию в лодыжке, она посмотрела вниз.

Раздражённый серо-голубой кот смотрел на неё жёлто-зелёными глазами.

Гален засмеялся, и от глубокого, резонирующего звука её губы изогнулись в улыбке. Слышала ли она раньше его настоящий смех?

— В этом доме хозяйничает Глок. Тебе не нравятся кошки?

— Нет.

Салли наклонилась и протянула ему ладонь. Кот вытянул шею, долго принюхиваясь, затем изогнулся, чтобы потереться головой о её руку. Его шерсть была короткой и густой, полностью серой, за исключением более светлой полоски от макушки до носа.

— Ох, ты такой мягкий, — пропела Салли, — такой милый.

— Он уже был здесь, когда мы въехали. Полуголодный, — сказал Вэнс. — Пользовался разбитым окном беседки как личным входом.

— Сейчас он точно не выглядит оголодавшим.

Испытывая боль в слишком многих местах, чтобы оставаться на ногах, Салли уселась на плиточный пол, всего раз фыркнув от боли. Затем она с радостью взяла упитанное, мурлыкающее тельце на руки. О, да.

Когда Салли подняла глаза, она поняла, что прислонилась плечами к ногам Галена.

Поставив локоть на столешницу, он опустил подбородок на ладонь, потирая пальцем губы, пока изучал её. Его чёрный взгляд смягчился.

— Ты любишь кошек, да?

Когда Глок потёрся головой о её щёку, Салли вздохнула.

— Мне не хватает домашних питомцев.

«Они тебя любят, никогда не подводят, никогда не отворачиваются…»

— О чём ты думаешь?

Его вопрос вырвал её из воспоминаний.

— Я… ни о чём.

— Попробуй ещё раз, зверушка.