Широкоэкранный телевизор был подарком на День отца от них с Вэнсом. Обитая кожей, в мужском стиле, мебель появилась благодаря дочерям Уильяма. Его жена добавила в интерьер подушки и стёганое одеяло, а также стеллажи для книг.

Расположившись на диване, Гален похлопал по диванной подушке рядом.

— Садись, Салли. Давай посмотрим файлы.

Вэнс сел с другой стороны от девушки. Загрузив компьютер, она поставила ноутбук на журнальный столик, чтобы все могли видеть экран.

— Это все, что у меня есть. Я думала, что была компьютерным Робином Гудом, — сказала она. — Выкрадывала информацию у богатых преступников и передавала ее бедным копам.

Она щёлкнула по иконке.

На экране развернулась таблица. Строки и колонки с данными. Имена и адреса отправителей. Даты писем были привязаны к содержимому файлов. На большинство из писем были ответные сообщения.

— Иисусе, — пробормотал Вэнс.

Бесёнок опустила взгляд.

— Я хотела помочь. Спасти людей.

Она не спасла свою мать. А отец вообще не ценил её. «Я думала, что была компьютерным Робином Гудом». Гален повернулся посмотреть на ее опущенные глаза. Несмотря на её отвращение к насилию и крови в полицейском участке, она продолжала настаивать на том, чтобы продолжать работать в органах.

Кое-кто хочет быть героем.

Гален обнял Салли и притянул ближе к себе.

— Ты проделала великолепную работу, зверушка. Законно это или нет, я горжусь тобой.

— Серьезно? — её лицо просветлело.

Вэнс тоже это заметил. Кивнув Галену, он улыбнулся ей.

— Да. Ты спасла многих женщин.

Прислонившись к Галену, Салли открыла ещё одну папку с файлами. И следующую. Ее заметки с информацией показали, насколько усердно она работала… чтобы отследить местоположение и получить личные данные.

Они с Вэнсом нахмурились, посмотрев на Салли.

— Теперь это слишком далеко зашло, — сказал Вэнс.

— Эй, я была одной из целей, помнишь? — она возмущенно посмотрела на них. — Это чистая самооборона. Я защищаю себя от похищения.

Гален почувствовал зарождающийся внутри него смех.

— Просто уникальное оправдание.

— Даже более эффективное, чем про Робина Гуда, — Вэнс потянул её за прядь волос и усмехнулся Галену. — Если она использует отмазку про самооборону и состроит эти глазки, как у щеночка, то ни один присяжный в мире не посмеет ее осудить.

— Чёрт, не поощряй её.

Поздно. Салли ухмылялась, открывая следующие файлы.

Нечестно, что в такой маленькой женщине сочеталось невероятное очарование и блистательный ум.

— Давай посмотрим на настоящие письма, негодница.

— Да, Сэр.

Гален просмотрел документы и остановился на одном. Он уставился на заметку, где она проследила отправителя до первоисточника. Затем проверил список, содержащий имена пользователей и адреса, полученные от поставщика услуг связи. Он поджал губы.

— Вэнс, взгляни.

Вэнс подался вперед, ближе к экрану.

— Мать твою, ты шутишь.

— Что там? — спросила Салли.

— Ну, милая, похоже, что ты сдвинула камень, и из-под него выполз помощник окружного прокурора.

Гален провёл рукой по лицу. Все остальные этапы им нужно разыграть по правилам, но пока непонятно, с чего начать…

Он притянул Салли к себе на колени и поцеловал, долго и крепко. Чертовски умно. Она смогла переломить хребет Ассоциации Урожая. Однако наряду с восторгом пришла более отрезвляющая мысль.

Салли невозможно контролировать.

Глава 19

Одетый в свой самый консервативный серый костюм, Дрю стоял за чёрным гранитным островком на кухне и пил кофе. Поскольку вчера приходила горничная, техника и оборудование из хрома и нержавеющей стали блестели идеальной чистотой. В интерьере его дома преобладали чернее и белые цвета — он считал это забавным, раз уж закон кружил в основном вокруг темно-серых тонов.

Он взглянул на металлическую скульптуру, которая служила часами. Скоро ему нужно будет идти. Нужно прийти пораньше.

Что-то происходило, и, что бы это ни было, он был не посвящён в это дело. Более того, на вчерашнем общем собрании он почувствовал холодок по отношению к нему. Окружной прокурор буквально смотрел сквозь него, словно его вообще не было за столом.

Но почему? Он хорошо выполнял свою работу, не облажался ни в одном деле, которое могло поставить его в список неудачников.