Гален положил руки ей на плечи, и слегка придержал — чтоб не упала. На ощупь ее кожа была теплой и немного влажной. Невероятно мягкой. Она вся была покрыта золотистым загаром, но груди оставались сливочно-белыми. Казалось, они умоляли вновь их коснуться. Но нет.

Она огляделась. Взглянула на Вэнса, на него, и нахмурилась. Как будто маленькая мисс Всезнайка не понимает, что ей делать дальше. Девушка попыталась слезть со стола.

Вэнс схватил ее за руки:

— Подожди, сладкая, — видимо, Салли, чувствуя себя не в своей тарелке, всегда пытается сбежать.

Гален схватил ее за шею, с силой притянул к себе. Проклятье, ему нравилось, как она пытается сопротивляться.

— Расскажешь, чего так испугалась?

Она напряглась, затем пожала плечами:

— Ничего. Просто устала.

Бред собачий! Вэнс раздраженно зарычал.

Глядя ей прямо в глаза, Гален заявил:

— Хреново ты врешь, зверушка.

Она попыталась отстраниться — и ничего не вышло. Ее круглый подбородок упрямо напрягся:

— Ладно. Тогда скажу просто — не ваше дело.

Вот это новости. Гален мельком глянул на Вэнса — тот явно сдался. Малышка ловко разыграла эту карту: это просто была легкая ознакомительная сессия, по сути, они были чужими людьми. Да, она стажерка, ну и что? Лезть к ней в душу они не имеют права.

Вот только именно этого Гален хотел сильнее всего на свете.

* * *

Заслышав шаги в тишине дома, Вэнс обернулся. Его напарник аккуратно обошел расставленные по полу незаконченной столовой банки с краской и похромал на кухню. Ремонт превратил их дом в полосу препятствий. Зато кухня уже почти закончена — адова была работенка.

Гален был заметно измотан. Увидев это, Вэнс отфутболил ему пакет с печеньем через кухонный островок.

— Давай, пожуй чего-нибудь.

— Неплохая идея.

С явным усилием Гален устроился на барном стуле, обитом черной кожей. Вэнс нахмурился. После возвращения из «Царства теней» этот придурок еще час торчал в своем кабинете — дело, над которым они работали, становилось все более запутанным.

— Нога болит?

— Немного.

Обычно подобный ответ означал, что боль просто адская. Вэнс достал из шкафчика ибупрофен, вытряхнул пару таблеток и передал Галену со стаканом воды.

— Спасибо, мамуля, — кисло проворчал Гален, однако лекарство выпил и только потом взял печенье.

Вэнс вознаградил его порцией Johnnie Walker Black Label с содовой, а себе налил стопку водки.

— Дерьмовый день?

Гален вытянул больную ногу на стуле, и облокотился на стойку со стаканом в руке.

— Не считая вечера, — он ухмыльнулся. — Милая девчушка, а?

Вэнс усмехнулся в ответ:

— Я с трудом остановился, — он отхлебнул. «Русский Стандарт» мягко скользнул в горло. — Милая, особенно, когда нос не задирает.

Странно, что он так переживал об этом, но послушная Салли — что птица с перебитым крылом.

— Она месяц в клубе не появлялась, и это явно не пошло ей на пользу.

В «Царстве» ходили слухи, что Салли встречалась с Домом, который к их клубу не принадлежал.

Целый месяц Вэнс скучал — он был лишен возможности видеть ее красивую фигурку, слышать жизнерадостный смех.

Они с Галеном были рады ее возвращению.

— Что ж, в конце концов, мы заставили ее немного отвлечься. Хотел бы я знать, что ее так расстраивает.

— Да уж, — Гален потер лицо руками. — Тогда мы могли бы помочь.

— Хотя бы это… — настроение Вэнса испортилось.

В Нью-Йорке сгорел дом лейтенанта Тиллмана. Поджигатели даже не пытались замести следы. Люди Ассоциации Урожая не просто ликвидировали копа, который здорово продвинулся в расследовании. Лейтенанта и всех, кто был в доме, приковали к кроватям и сожгли заживо — как предупреждение стукачам. Если уж копы в опасности, гражданские и вовсе — просто мишени.

— Мы ничего не могли сделать, — сказал он, зная, что Галена мучают те же мысли.

— Его детям это не поможет. Хоть они уже взрослые, но…

Голос Галена прозвучал слишком резко. Вэнс нахмурился: смерть Тиллмана возродила жуткие воспоминания: несколько лет назад жена Галена погибла от рук преступников, и рана все еще кровоточила, хоть напарник и уверял всех в обратном.

— Как думаешь, Салли завтра в клубе появится? — полюбопытствовал Вэнс.

Гален посмотрел на него. Его плохое настроение сошло на нет.

— Если появится, возьмем ее в оборот.