– Рак. Мне было пятнадцать, и родители долгое время скрывали от меня болезнь мамы, за что я до сих пор виню отца. Если бы я знала, что нам отведён такой маленький срок, я бы проводила с мамой гораздо больше времени, а не трепала ей нервы своими школьными проказами.

– А как вы оказались в Майами?

– Выстрелила в своего бывшего, – пожимаю плечами с таким невозмутимым видом, будто я только и делаю, что стреляю на завтрак, обед и ужин.

Он переводит на меня наигранно ошарашенный взгляд:

– Да ты страшный человек! – я бы обиделась, если бы не смешинки в уголках его глаз, выдающие его истинное отношение к этой истории.

– О, я его ещё пожалела! Когда я узнала, что Джейсон изменяет мне, стащила у папы табельное оружие и пошла к этому подлецу в надежде отстрелить его проклятые бубенцы. Пока поднималась на лифте в его квартиру, состояние аффекта меня слегка отпустило, и я решила просто его напугать. Он открыл дверь, я выстрелила в бедро в области паха и пошла домой. Осознание того, что я натворила, пришло чуть позже, когда к нам нагрянула полиция и арестовала меня. С сыном сенатора шутки плохи, знаешь ли.

– Ты выстрелила в сына сенатора? – с осуждением качает головой.

– То есть в сына сенатора нельзя, а в сына библиотекаря уже можно? – отворачиваюсь к окну, не желая продолжать беседу. – Все равно я ни о чем не жалею, он заслужил. Единственное, кого мне жаль, так это отца, который бросил все ради меня. – Кроу не удостаивает меня ответом, и снова надевает маску, не выражающую никаких эмоций. Человек-загадка, ни дать ни взять.

Весь оставшийся путь проводим в тишине, если не считать музыки, доносившейся из динамиков. Пытаюсь сохранять равнодушие, но получается с трудом, потому что рука Макса, лежащая на руле, все время притягивает мой взгляд. Ещё будучи подростком, в одном модном женском журнале прочитала, что по манере вождения можно сделать вывод о том, каков человек в постели. Есть что-то завораживающее в том, как он удерживает руль одной ладонью, виртуозно вращая им на поворотах. Фантазирую, что ещё он может вытворять своими красивыми руками, и тут же вспыхиваю, ужасаясь своей реакции, тем более что ни о какой взаимности с его стороны и речи нет. Со мной он по большей части холоден и неприступен, а я просто соскучилась по мужскому вниманию. Надо будет выбраться с девчонками куда-нибудь развлечься. Клуб Джиллиан временно закрыли, пока идёт предварительное следствие, и она теперь только и делает, что капает мне на нервы своими причитаниями. Ей тоже не мешало бы отвлечься.

Макс тормозит возле студенческого кампуса, и я кидаю на него вопросительный взгляд. Он наклоняется ко мне, опершись на подлокотник между нашими сиденьями так, что наши лица оказываются в считанных сантиметрах друг от друга. У меня сбивается дыхание, потому что на секунду кажется, что он сейчас меня поцелует, но вместо этого он заговорщицким тоном шепчет, словно нас кто-то может услышать:

– Лили, ты рвалась в бой, и я решил, что ты отлично справишься с этой миссией.

Он назвал меня Лили.

– С какой ещё миссией? – таращусь в окно на кучку студентов, оживлённо о чем-то беседующих и то и дело взрывающихся хохотом.

– Ты снова станешь студенткой.

ГЛАВА 5 ДЕВОЧКИН ДЕНЬ

Я ещё не поняла, радоваться ли новости, озвученной Максом. Он рассказал мне в общих чертах о том, что известно полиции на данный момент: все жертвы – студентки Университета Майами, и по всем признакам они подверглись ритуальным убийствам. О подробностях он мне обещал поведать в понедельник, когда я приму решение.

Бойся своих желаний, как говорится. Мечтала же поучаствовать в деле Демона? Получите – распишитесь.

После круга почёта по необъятной территории кампуса с несколькими учебными корпусами и общежитием, которое больше походило на студенческий городок, он довёз меня до дома, сказав, чтобы за выходные я как следует всё обдумала. Наша «спецоперация» будет секретной, а значит, я должна буду придумать легенду, в которую поверят все. Ну или почти все, потому что о моей работе под прикрытием будут знать несколько человек: Макс, мой отец, ректор университета, который с радостью пошёл на сотрудничество с нами, и… барабанная дробь: Кейт!