Воздух вокруг словно наэлектризовался. С глухим стоном, мужчина притянул меня себе и впился яростным поцелуем в губы. Язык собственнически проник в мой рот, исследуя влажные глубины. Его поцелуй, его руки, скользящие плавно по моему телу, зажгли в крови первобытный огонь. Со всей страстью, которая была сокрыта в моём существе, я ответила любимому. Мои собственные руки бесстыдно исследовали крепкое тело, подстёгивая возбуждение. Все доводы разума и логика были благополучно забыты, когда Адриан подхватил меня под ягодицы, побуждая обвить его торс ногами. Без долгих прелюдий и изнурительных ласк; один толчок бёдрами, и он во мне, заставляя задохнуться от острого чувства крайней наполненности. Вода облегчала ему задачу удерживать меня, поэтому мы смогли целиком отдаться процессу. Рваное дыхание, поцелуи-укусы, резкие толки Адриана и ощущение его внутри себя доводили до исступления, заставляя бессвязно шептать, как сильно он мне нужен. Плеск воды и наши смешанные стоны огласили лесную тишину. Меня переполняли чувства и эмоции. Такие острые, пряные, первобытные, как природа вокруг нас. Наслаждение накатывала волнами, всё ближе подталкивая к точке нирваны и словно почувствовав, что я на пределе, Джонсон ускорил свои движения. Ещё немного, ещё один миг, и я взорвусь, переполненная этим счастьем и этим мужчиной. Крик нарастал в груди, поднимался ввысь и я уткнулась любимому в грудь, закусив губу.

— Не сдерживайся, — услышала я прерывающийся шепот, — Кричи. Кричи для меня, я хочу слышать твоё наслаждение.

И я закричала, громко, казалось мой вопль, преисполненный сокрушительного наслаждения, достиг звёзд. Я умирала в экстазе, чтобы воскреснуть, пробуждённая до боли родными руками. Громкий, почти животный рык раздался над ухом, последний раз Адриан с силой насадил меня на себя и затих, сжимая в крепких объятиях. Когда мужчина наконец разжал свою хватку, я почувствовала, что у меня совершенно не осталось сил. Эта вспышка испепеляющей страсти иссушила силы, оставляю после себя приятнейшую расслабленность.

Подарив мне нежнейший, преисполненный благодарности и любви поцелуй, Адриан помог мне выбраться на берег. Как только прохладный ветерок коснулся обнаженного тела, я почувствовала, как меня сковал лютый холод. Меня трясло от холода, зубы отбивали громкую дробь. Тут же я ощутила, как на своих плечах мягкую ткань. Оказалось, Джонсон, заметив, как я ёжусь накинул, на меня свою куртку и уже вовсю растирал меня, осушая влагу и разгоняя кровь по венам.

— Давай дальше сама, — чуть посиневшими губами произнёс мужчина. — Вытирайся и одевайся, пока совсем не замёрзла.

Он сам, натягивал одежду прямо на сырое тело и, в отличии от меня, не трясся как осиновый лист. Скинув с себя его куртку, я последовала примеру Адриана и уже через пять минут была полностью одета. Он взял меня за руку и уверенно повёл по лесу. Начали сгущаться сумерки, но Джонсон шёл быстро, уверенно прокладывая дорогу. Скорее всего, он заранее задумал поход на озеро и изучил дорогу к нему. Сил задавать вопросы не было, и я доверительно шла следом за мужчиной.

Когда мы наконец достигли домика, ноги мне казались не моими. Хотелось одного: лечь и спать. Усталость и холод довели меня до состояния странного безразличия ко всему. Но всё же я ощущала в душе приятное тепло оттого, что любимый мужчина рядом. Усадив меня на диван и завернув в два пледа, Адриан принялся разводить огонь в очаге. Не прошло и пяти минут, как помещение наполнилось мягким светом и теплом. Покончив с камином, он сел рядом со мной, и я, приподняв край пледа, пригласила его в свой тёплый кокон.

Какое-то время, мы сидели так молча, прижавшись к друг другу, наслаждаясь этим покоем и близостью друг друга. Было так хорошо, будто неприятностей в мире и вовсе не существует. Я была просто и незатейливо счастлива, предвкушая ещё один прекрасный день.

Глава 34. Криста.

Утро я встретила в гордом одиночестве, ощутив укол разочарования, от такого положения вещей. Мне никак не удавалось определить, что же меня разбудило и лишь прислушавшись, я услышала странный, стучащий шум на улице.