Постепенно мы вышли к довольно крупному лесному пруду. Я присела на берег, любуясь чудесным видом, как тишину разорвал громкий плеск воды. Увидев Адриана, который вынырнул в метрах десяти от берега, я похолодела.

— Ты сумасшедший! — закричала я на мужчину. — Немедленно вылезай! На улице ещё не лето и вода, наверное, ледяная.

В ответ он заливисто засмеялся и снова нырнул под воду. А у меня всё внутри сжалось от страха. Господи, дай мозгов этому безумцу! Он же простынет, а может и вовсе утонуть. Сведёт судорогой ногу и всё, нет у меня любимого мужчины. От охватившего меня ужаса, тело стала сотрясать крупная дрожь, а на глаза навернулись слёзы.

— Родная, раздевайся и иди ко мне, — услышала я окрик Адриана. Выглядел он счастливым и сиял как новенький цент.

— Я похожа на самоубийцу? Или на врага собственному здоровью? — спросила я сердито, а потом снова взмолилась: — Адриан, выходи пожалуйста! Мне страшно. Вдруг ты утонешь или заболеешь?

Подплыв к берегу, чтобы не перекрикиваться на расстоянии, любимый выдал:

— Криста, вода тёплая. Наверное, теплее, чем температура воздуха, — видя мой недоумённый взгляд, он пояснил. — Я изначально планировал сходить суда. Мне Эд рассказывал про это место. Вода в этом озере не замерзает никогда и даже зимой тёплая из-за горячих подземных ключей. Так что прекращай паниковать и иди сюда.

Нет, он точно сумасшедший! Неужели он думает, что я в самом деле полезу в озеро? И тем не менее, я осторожно приблизилась к кромке воды и потрогала воду. Теплая! Даже очень. Наверное, испытанный мной шок, отразился на лице, потому что я снова услышала смех Джонсона.

— Я тебя не узнаю, Криста, — весело произнёс любимый. — Где та смелая и отчаянная девушка, которую я знал?

— Повзрослела, — буркнула я в ответ.

— Да брось, любимая. Если ты сейчас не решишься на это маленькое приключение, то потом будешь очень жалеть. Я же тебя знаю.

Адриан выглядел счастливым и беззаботным, и уж точно не замёрзшим. Глядя на его сияющие глаза и озорную улыбку, я почувствовала, как во мне просыпается, казалось, навсегда забытый дух авантюризма и жажда приключений. Жизнь сделал меня осторожной, обилие потрясений заставило отчаянно стремиться к покою, но сейчас мне хотелось позволить себе это мини-сумасшествие. Ведь Джонсон прав, если я не решусь сейчас, то потом буду постоянно грызть себя за это.

Гордо вскинув подбородок, под одобрительные слова Адриана, я начала спешно скидывать одежду. Особого холода не было, впрочем, и жары тоже.

— Бельё тоже снимай, — услышала я голос любимого и уставилась на него круглыми глазами. — Иначе потом будешь мёрзнуть, пока будем добираться до домика.

Я же по-прежнему стола застыв на месте, не зная, как мне поступить.

— Любимая, тут на мили вокруг ни души, а стесняться меня… Тебе не кажется это глупым? — дразнил меня мужчина.

И я решилась. Оставшись в костюме Евы, я осторожно, мелкими шажками заходила в воду. И не потому что она холодная, а просто привычка, по-другому я не могла. Адриану быстро надоело смотреть на это шоу. Он очень быстро оказался рядом, схватил меня в охапку и окунул в воду. Мой весёлый виз огласил безлюдные окрестности. Потом я ругала его, на чём свет стоит, но моего настроя на долго не хватило, и уже через пять минут я хохотала вместе с Адрианом. Давно я не чувствовала себя так. Легко, свободно, весело! Хотелось, чтобы эти минуты никогда не заканчивались. Глядя на беззаботно веселящегося мужчину, я со всей ясностью осознала, никогда и никому, ни при каких обстоятельствах не отдам его. Слишком сильно я его люблю. И плевать на все доводы разума или совести. Он мой воздух, моё сердце, моя жизнь.

Снова Адриан занырнул под воду, и я стала оглядываться, чтобы он не мог подплыть незамеченным и ухватить меня за ноги. И я заметила любимого, чистая и прозрачная вода способствовала этому. Но вопреки моим ожиданиям, мужчины вынырнул передо мной и наши губы оказались очень близко. Мне показалось, время в этот момент замедлило свой бег. Я смотрела на любимое и бесконечно дорогое лицо, видела, как по нему скатываются капельки воды. Взгляд небесных глаз гипнотизировал меня, я тонула в этой бездне, желая лишь одного: быть к Адриану как можно ближе.