Разговор длился долго, очень долго. Уже опускались серые сумерки на тихую, продрогшую улицу, на пустынный школьный двор, когда Светлана спохватилась, что ей сегодня идти к Ольге Александровне и домой забежать она уже не успеет. Посмотрела на Рябцева, неожиданно для себя предложила:

- Знаешь что, Витя? Я сегодня должна заниматься с одним мальчиком. Он не совсем здоров. Нет, нет, не в том смысле. Пойдём со мной. Ему будет полезно пообщаться.

- Ага, - сообразительно кивнул Витька. - Типа, человек с воли. Только мне домой пора. Мать так вклеит, мало не покажется.

- А я ей позвоню сейчас.

- Чё? Правда, отмажете? - не поверил Рябцев.

- Отмажу, если получится, - вздохнула Светлана. Она успела пожалеть о своём опрометчивом решении.

И мучилась сожалением до нужного дома. Как воспримет Ольга Александровна появление в своём уголке Рябцева с его необразованностью, дурными манерами, с его грубостью? Витька, очевидно, почуял её уход в себя, молчал дорогой, как рыба. Домой ему не хотелось совершенно явно, оставаться наедине со своими мыслями - тоже. Шёл. У подъезда нарушил молчание, спросил:

- А ничё, что я так… ну, без этого… как его… без приглашения?

- Думаю, ничего, - улыбнулась Светлана.

Ничего-то ничего, а только Ольга Александровна, похоже, не слишком обрадовалась визиту Рябцева. Нет, она не морщилась, не поджимала губы. Была мило приветлива, с ходу покорив Витьку ненаигранной вежливостью. Но в глазах всё же мелькала неясная тень лёгкой тревоги. Пока мальчики знакомились в большой комнате, Светлана на кухне кратко обрисовала Ольге Александровне ситуацию, то есть почему ей потребовалось взять с собой Рябцева. Ольга Александровна понимающе протянула:

- Хорошо, попробуйте. Но если это плохо отразится на Павлике, не обессудьте.

- Что вы, что вы, - заволновалась Светлана, - Я всё понимаю.

Ясное дело, Рябцев не понравился Ольге Александровне. Но Светлан так хотела, познакомить Витьку с нормальными, порядочными людьми. С людьми, у которых жизненная ситуация значительно хуже, чем у многих, а они не сдаются, оставаясь нормальными, порядочными.

Витька умный. Он увидел то, что хотела показать ему Светлана. Даже более того. Через день подошёл к ней с вопросом:

- Светлана Аркадьевна, как думаете, нормально будет, если я к этому Павлику ещё раз схожу, без вас?

- Не знаю, - задумалась Светлана. - Тебя звали?

Витька неопределённо мотнул головой. Веснушчатое лицо его скривилось.

- Я у матери для Павлика яблоко выклянчил. Во! И банан, - он показал яблоко, примечательное по размерам, окраске и натуральному яблочному духу. Такое яблоко стоило отнести Павлику.

- Сходи, конечно. Позвони предварительно, договорись. Я тебе сейчас их телефон дам.

Светлана пыталась сделать хорошую мину при плохой игре. Было до неприличия стыдно. Ей вот ни разу не пришло в голову принести мальчику что-нибудь вкусное. Те же фрукты, например. Насколько мудрее нас, наблюдательней и добрей порой бывают наши дети. Чтобы избавиться от чувства стыда, она неуклюже переменила тему.

- Ты с Ковалёвым помирился?

Рябцев кивнул.

- Только с Павликом его пока знакомить не буду.

Понятное дело, жалко делиться едва найденным, не успевшим надоесть сокровищем. Вот ведь обормот.

- Почему?

- Потому, что этот Шурик просто-напросто ханурик, - пропел Витька и, сорвавшись с места, помчался к лестнице. Предпочёл гадость о друге сказать, только не объяснять Светлане Аркадьевне целую кучу вещей, которые она и сама, по мнению Витьки, должна понимать. Тот ещё фрукт, этот Рябцев!

*

От сосредоточенности на школьной жизни, начавшей бить вокруг Светланы ключом, её ненадолго отвлекла встреча с друзьями. В одну из пятниц позвонил Лёха Скворцов. Вместо привычного “Ты что ли, Кравцова?” выдал весело:

- Привет, Светка. Куда пропала?

Светлана чуть со стула не свалилась. Принялась оправдываться. Дескать, работы много, родители прихварывают, устаёт она невероятно, к вечеру с ног валится. В выходные отсыпается да к урокам готовится. Лёха сочувственно выслушал, не перебивал.

- Слышь, Кравцова, отдыхать тоже иногда нужно.