Из статьи в местной газете «Пикайун таймс» я узнал, что Вермильона арестовали в результате анонимного телефонного звонка. Он был схвачен в полуразвалившейся лачуге неподалёку от Биг-Шура. Трупы мальчиков обнаружили там же. Одно тело нашли в холодильнике. Ребёнку нанесли несколько десятков колотых ран. Затем тело разделали на части, тщательно упаковали в пластиковые мешки и поместили в рефрижератор. Вермильон, судя по всему, отваривал и съедал куски. Тело второго ребёнка было подвешено за ноги в колодце глубиной пятьдесят футов.

После ареста Вермильон покончил с собой в полицейской машине, раскусив зашитую в воротник рубашки капсулу с цианистым калием. Дело, таким образом, было закрыто.

Через десять минут я уже говорил с детективом Харви Моррисом, который вёл это дело в Биг-Шуре.

— Работы, честно говоря, оказалось немного, — сказал Моррис. — Мы получили сигнал и тут же отправились в указанное информатором место. Там мы нашли старину Чарли и набитый останками холодильник. Он сдался без сопротивления. Парень был в полном замешательстве и всё время толковал о том, что ему пора домой. Пока мы закрывали доступ к месту преступления, он сидел в машине. А едва двинулись в участок, как этот сукин сын захрипел так, словно его душат. Я решил, что у него инфаркт или что-то в этом роде. Рожа покраснела. А если быть точным, приобрела вишнёвый цвет. Затем начались судороги. Мы вызвали «скорую помощь», проделали искусственное дыхание рот в рот, но… он загнулся.

— А когда вы поняли, что он отравился?

— Не сразу. Только на следующий день. Понимаете, мы не видели, чтобы он что-то глотал. Я думал, у него случился удар. Но медэксперт предположил, что это цианистый калий, и вскрытие подтвердило догадку. Затем ребята нашли остатки ампулы и клейкую ленту на внутренней стороне воротника рубашки. Похоже, он был готов к тому, чтобы отбыть в иной мир.

— Хм…

— Если подходить к делу строго формально, я не имел права допустить самоубийства. Да, это было ужасно. Но ужасно только для меня, поскольку случилось во время моего дежурства. Было расследование. Меня отправили в административный отпуск, поливая при этом всяким дерьмом. Но если хотите знать моё мнение, то я вам его изложу. Думаю, что, убив себя, Чарли Вермильон совершил лучший поступок в своей жизни.

— И что же?..

Но Моррис, оказывается, ещё не закончил.

— Парень был психом, не так ли? Власти Луизианы не хотели выпускать его из дурдома, но какой-то сопливый правозащитник вынудил их сделать это. Он отправился в суд, и вот получите…

— Новое заявление о невменяемости?

— Именно. И его снова запихнули бы в психушку. В нашу психушку на сей раз. И что сказали бы на это мистер и миссис Рамирес? Были бы они довольны подобным исходом? Конечно, нет. Парень сожрал их ребёнка. И прежде чем разделать его на куски, раз двадцать проткнул ножом. Они — я хочу сказать, медики — как бы… собрали то, что осталось от тела. Сложили все части вместе. Судя по всему, мальчонку протыкали длинным острым лезвием, прокалывали насквозь через грудь и спину и с одного бока в другой. Я хочу сказать, что из мальчика сделали подушку для иголок, если можно так выразиться. И предстань Вермильон перед судом, маме и папе пришлось бы выслушивать весь этот кошмар! — Моррис даже фыркнул от возмущения.

Он замолк, и из трубки до меня донёсся тяжёлый вздох.

— Меня обвиняли в том, что я, если бы захотел, мог остановить парня. Но он же был в наручниках! Он дотянулся до ампулы ртом. Когда вы кого-то впопыхах обыскиваете, то не смотрите под воротник рубашки.

— Может, в участке яд бы нашли?

— Это точно. Здесь мы все могли найти, поскольку при регистрации переодеваем задержанных в казённые комбинезоны. Итак, что вы хотели у меня спросить?

— Меня интересует причина смерти.

— Технически — острая сердечная недостаточность.

— Нет. Я имею в виду близнецов Рамирес.

— Ничего неожиданного. Тот, которого нашли в холодильнике, умер от потери крови. Все эти колотые раны, вы понимаете… Для этого даже есть особый термин.

— Обескровливание.

— Точно.

— А второй мальчик? Тот, который висел в колодце?

— Мы решили, что его поместили туда для лучшей сохранности. Так иногда поступают с мясными тушами. В колодце было прохладно, а в холодильнике Вермильона не осталось места.

— Мальчик был мёртв?