Я непонимающе уставилась на Рому. Озверина что ли облопался? Или он долго воздерживался, а мой внешний вид натолкнул его на соответствующие мысли? Интересно-интересно.

- Как скажете, Роман Михайлович,- проворковала я, спрыгивая со стола, и как бы случайно задела мужчину бедром. Мне показалось или он тяжело сглотнул?

Порадовавшись своей маленькой победе и вновь уверовав в свои силы, я предприняла отчаянную попытку поцеловать Рому. Пока он оценивал длину моих ног, я сделала небольшой шаг и, сделав вид, что споткнулась, упала в объятия мужчины. Он во время успел меня подхватить, вырыв этим себе могилу. Наши лица оказались в непозволительной близости и, решив добить его, я призывно облизала губки.

Сейчас я не хотела набрасываться на Ромашку, как в прошлый раз. Мне хотелось, чтобы он принял решение меня поцеловать, а я лишь немного его подтолкнула к тому, чего ему безумно хочется. Я потянула носом и мои легкие заполнил аромат мужчины. Не сладкий и не горький, но тем не менее сводящий с ума. Ну давай, целуй меня уже, я ведь жду. Борясь с желанием сделать первый шаг, я собрала все свои силы и продолжала ждать, призывно смотря в большие карие глаза. Цвет топленого шоколада. Решив добить его, я томно вздохнула и прижалась сравнительно небольшой грудью к нему.

Ну что же посмотрим, насколько хватит твоей выдержки.

Глава девятая. Метелица

Должна отдать этому мужчине должное - он держится дольше всех. Но именно эта черта в нем меня слегка раздражает. Чего он ждет?

Мы так и стояли минут пять, прижавшись, друг к другу, прежде чем Рома сделал шаг. Его рука в нерешительности легла на мою талию. И я просто слышала, как его решимость относится ко мне, как к студентке трещала по швам. Мужчина долго и со вкусом смотрел на мои губы, по которым я вновь провела языком, давая понять, что вообще-то меня уже давно можно поцеловать. Сделав глубокий вздох, Роман сильней притянул меня за талию, а затем прижался к моим губам. Сначала легко, словно прикосновение летнего легкого ветерка, потом его нажим увеличился.

А неплохо он целуется, однако. Его язык проник в мой рот, заставляя отвечать на поцелуй так же страстно. А я отвечала. И если быть честной с собой до конца, то я никогда еще так не целовалась. Мне казалось, что это не просто поцелуй, а что-то намного большее.

Одной рукой Роман продолжал держать меня за талию, а второй начал исследовать мое тело. Начал он от бедра, медленно, но верно подбираясь к груди. Когда его рука накрыла мой холмик, я сдавленно простонала, чем и отрезвила мужчину. Он отскочил от меня, словно на него ушат воды только что вылили. Глаза в каком-то бешеном ритме оглядывали аудиторию, но вот на меня смотреть не хотели. Дыхание сбивчивое, но понемногу приходило в норму. Как же я его распалила. Да и себя заодно.

- Паша, прости меня!- начал сбивчиво извиняться Рома. Мне это показалось милым. Великовозрастный детина просит прощения у своей соблазнительницы.- Не знаю, что на меня нашло, со мной такого ни разу не случалось. Прости меня. Обещаю, что этого никогда не повторится.

- Это ты меня прости. Это я виновата, что так получилось - не нужно было так близко к тебе подходить,- с некой долей злорадства сказала я, поправляя блузку на груди, где задержался взгляд Ромы. Ну, честное слово, как озабоченный подросток.

- Ты не виновата,- начал переубеждать меня Рома, но резко осекся. А потом он сказал такое, что у меня челюсть на пол чуть не упала. А если бы упала, то Рома пострадал бы еще сильней, ведь мне бы пришлось за ней нагнуться. Думаю, что после такого самообладание Ромашки улетит в далекие края. В теплые, судя по всему.

- Хотя нет, виновата! Ты, Паша, делаешь все, чтобы я потерял бдительность. Ты специально это делаешь!

- Я?- сделала оскорбленный вид.- Нормально да? Я чуть не убилась, когда со стола слазила, потом ты меня чуть не изнасиловал! И в этом я виновата, да? Так и скажи, что я тебе нравлюсь, поэтому ты себя так и повел.

- Ты мне не нравишься,- поспешно ответил Роман. Слишком поспешно.

- Да?- скептически поинтересовалась я и изогнула бровь, показывая, что в его слова не верю.- Я преподаватель в институте вранья. Да и вас, мужиков хорошо знаю. Если бы я тебе не нравилась, ты бы никогда меня не поцеловал.