– Все проблемы возникли из-за его некомпетентности, – начала Эйдриен, но Бонилла ее прервал.

– Буду с тобой откровенен, Скаут: людям свойственно болезненно переживать потерю близкого человека, и порой каждый из нас склонен искать виноватого.

– Я не пытаюсь найти виноватого, Эдди. Этот психиатр довел ее до самоубийства.

– Хм, что-то не нравится мне это «довел».

– В тех воспоминаниях, которые якобы возвращались к Никки, не было ни доли правды – сплошная ложь. Я знаю наверняка, потому что и мне в них отводилась роль.

Эдди неодобрительно хмыкнул и поинтересовался:

– Какого рода воспоминания?

Эйдриен пыталась подобрать слова.

– Всякий бред.

– А подробнее?

Она тяжело вздохнула:

– Никки считала, что в детстве ее изнасиловали.

Детектив не ответил, и собеседница поняла, что он подбирает слова. Наконец Эдди отозвался:

– Что ж, такое случается даже в самых благополучных на первый взгляд семьях.

– Сатанисты, – лаконично пояснила она, и Бонилла решил уточнить:

– То есть капюшоны и все такое?

– Да. Капюшоны, свечи и не знаю что еще – какие-то козлиные головы.

– Боже правый.

– Никки считала, что и со мной все это происходило. Только уж поверь – о таком не забывают.

– Ты этого не помнишь?

– Нет, – ответила Эйдриен. – Не помню.

– И потому решила, что психиатр…

– Сам все придумал, – закончила мысль девушка.

– Хм, и для чего, по-твоему, ему это понадобилось?

– Не знаю, но факт остается фактом.

– Да, я уже слышал, – сказал Бонилла и добавил: – Я бы как-то понял, если бы ты избегала разговоров о таких вещах. Скажем, в случае, если бы тебя изнасиловал отец. Ты бы, вероятно, порядком комплексовала. Но не помнить – это уже другое. Насколько я знаю, люди обычно стараются забыть такие вещи, а не наоборот.

– Вот именно.

– Вопрос в следующем: зачем ему это понадобилось? В чем интерес врача?

– Ну, во-первых, Никки оставила ему деньги за помощь, представляешь? А во-вторых, я кое-что раскопала в Интернете. Существует целое движение, связанное с «привитыми» воспоминаниями. В нем участвуют главным образом родители и родственники якобы потерпевших, которые утверждают, что обвинения против них беспочвенны, что психотерапевт намеренно заставляет пациентов верить в придуманный им бред.

– Зачем?

– Потому что тогда у него появляется возможность лечить. Я хочу устроить для этого шулера показательный процесс.

– А я, по всей видимости, должен тебе помочь, так? Каким образом?

– Я хочу, чтобы ты выяснил об этом человеке все: есть ли на него жалобы, не испытывает ли он денежных затруднений, поинтересуйся его репутацией.

– Итак, самое основное: дипломы и кредитоспособность. Я правильно понял?

– Да.

Бонилла замолчал и по недолгому размышлению ответил:

– Я берусь, но только у меня один вопрос.

– Никки завещала мне некоторую сумму. Я могу взять оттуда.

– Это не главное.

– Нет же, я обязательно заплачу.

– Эйдриен, я о другом.

– Эдди, я настаиваю.

Бонилла выждал несколько секунд и сказал:

– Я собирался спросить, сколько ты планируешь потратить на расследование.

Та замялась, внезапно смутившись.

– В тысячу уложимся?

Бонилла рассмеялся.

– Я просто дурачусь! Возьму только на расходы. – Детектив оборвал запротестовавшую собеседницу: – Так что известно о клиенте?

Девушка рассказала то, что знала: имя, адрес, номер телефона.

– Номер карточки соцстрахования?

– Не в курсе, – ответила Эйдриен, – но я видела дипломы.

– Что ты видела?!

– Его дипломы.

– Ты додумалась пойти к нему?

– Угу, – печальный вздох на другом конце провода.

– Зачем? Чтобы дух из него вышибить?

– Да.

– Что ж, больше так не поступай.

– Не буду.

– Пообещай.

– Обещаю.

– Ну, смотри, – предостерег Бонилла. – Ладно, где учился наш ненаглядный?

– В Брауне. А потом защитил докторскую в Висконсине по специальности «клиническая психология».

– В каком году?

– Не помню.

– Не важно. – На линии стало на время тихо. Наконец Бонилла сказал: – Дай мне пару дней.

И повесил трубку.

Глава 12

Дюран ощутил напряжение в воздухе за миг до того, как раздался звонок, и подумал: «Телефон». Затем аппарат зазвонил – и доктор вздрогнул, сам того не ожидая. Хлопнув по кнопке «mute» на пульте – «немой просмотр», он поднял трубку.

– Мистер Дюран?

Голос принадлежал женщине, вежливый, официальный. Наверное, опять что-нибудь продают, хотя держит дистанцию – вряд ли.

– Да?

– Это Эйдриен Коуп.