Девушка решила довести до ума свои записи уже в «Комфорт-инн», на компьютере Никки. Скопировала файлы на дискету, перекинула футляр с ноутбуком через плечо и щелкнула выключателем. Затем спустилась на лифте вместе с симпатичной девушкой в рыжевато-коричневой рубашке, которая вышла на втором этаже, ловко вывезя в коридор тележку с ведром и швабрами. Эйдриен осталась в лифте одна, поразившись неожиданно наступившей, почти сверхъестественной, тишине. Но вот двери плавно разъехались, и она попала в вестибюль, где ее омыло волной технопопа, который выдавал магнитофон с особым басовым режимом.

Девушка торопливо направилась к автомобилю, и хотя дождь закончился, по щекам больно хлестал влажный ветер. «Если чему и суждено случиться, – думала она, – то сейчас, теперь, на этом месте». Впрочем, вокруг не было ничего подозрительного: какая-то старушка выгуливала собачку; юный шизофреник, нацепивший на себя штук пять плащей, шаркал по тротуару; какие-то музыканты возле клуба под вывеской «Уайтхерст фриуэй» пускали по кругу сигарету с травкой. Вдоль улицы стояли легковушки и автофургоны, но своей машины Эйдриен среди них не обнаружила. Сердце екнуло, но, к своему немалому облегчению, девушка тут же поняла, что по привычке ищет свою старушку «субару».

Ну, вот и «додж». Эйдриен, прищурившись, посмотрела сквозь стекло, желая убедиться, что на заднем сиденье никого нет. Села за руль и тронула зажигание – под капотом неохотно заурчало. После очередной неудачной попытки завести машину девушку начала одолевать паника, как вдруг мотор взревел. Она с облегчением вздохнула и вырулила на улицу, направляясь к парковой магистрали Рок-Крик-парк.

Машина медленно ползла мимо центра Кеннеди, где царило настоящее столпотворение. В тот вечер давали какую-то шумную премьеру, и в толчее Эйдриен заметила, что за ней едет блестящая черная машина с низким капотом и хищной посадкой. Марки она не разобрала, хотя автомобиль показался ей смутно знакомым. Вроде бы точно такой она видела перед офисом… Потом на дороге стало свободнее, центр Кеннеди остался позади, и «додж» набрал скорость, двигаясь в сторону моста. Эйдриен мельком взглянула в зеркало заднего вида – за ней ехал автофургон, и, расслабившись, стала размышлять о связанных с Дюраном странностях. Она ехала по мосту, пересекая Потомак и направляясь в Спрингфилд, и все не могла поверить, что ей предстоит и эту ночь провести в одном номере с психопатом. Правда, теперь этот «сумасшедший» оказался единственным человеком, кому она доверяла, и подобный факт неимоверно действовал на нервы. «Уму непостижимо», – думала Эйдриен.

Глаза метнулись в зеркало заднего вида, задержались там на несколько секунд – и опять все внимание на дорогу. Блестящей черной машины не видно. Хотя в таком плотном потоке – кто знает…

В ярко освещенном ресторанчике «Султан-Кебаб», уже в Спрингфилде, Эйдриен заказала обед на вынос себе и Дюрану. Она уселась ждать, когда принесут заказ, между делом просматривая раздел полезных мелочей в «Вашингтон пост». Там напечатали потрясающий рецепт консервированных лимонов, поэтому Эйдриен размечталась о том, чтобы когда-нибудь у нее появилось время готовить всякие приятные вкусности, вместо того чтобы проводить воскресенья, обложившись книжками по асфальтоукладке. Наконец из кухни вышел хозяин с двумя закрытыми подносами из пенополистирола, на которых располагались блюдо с рисом, кебаб и салат.

До отеля оставалась пара минут езды, что радовало, так как, выезжая из «Султан-Кебаб», Эйдриен заметила вроде бы ту же черную машину. Автомобиль был припаркован метрах в ста от «доджа», на противоположной стороне улицы. Внимание Эйдриен привлекла не столько машина, сколько включенные тормозные фонари. А уже после она заметила тонкую струйку пара, поднимающуюся из выхлопной трубы, и увидела чью-то руку, которая протянулась с переднего сиденья, чтобы поправить зеркало со стороны пассажира. На ходу девушка боковым зрением заметила двух человек, разглядывавших ее в боковые зеркала автомобиля. Хотя, может, ей и померещилось.