— Слушай, вот ты же парень, — доверительно говорила Станина. — Вот тебе не стремно смотреть, как такие отморозки к девушкам пристают? У тебя, что сестры нет или там девушки. Ну, я не знаю.

Интересно, сколько же она выпила, пока я не видела? Машке много надо, что бы дойти до такого состояния.

— Девушки, это моя работа. Но мы стараемся, что бы такого, не происходило, — нервно говорил парень.

— Все, Малинина, валим отсюда! — шатаясь, Маша пошла к двери.

— Малинина? — почти заикаясь, спросил администратор.

— Ну, Малинина. В чем дело? — спросила я, не понимая его реакции.

— Да просто фамилия у тебя известная. Мальчику страшно стало, что ты папе пожалуешься. А Александр Николаевич разнесет их клуб по камням, да и персонал на ленточки порвет, — еле выговорила подруга. — Еще пару бокалов выпьем, пока нам такси вызывают.

Через час мы уже были около круглосуточного супермаркета, который находился недалеко от моего дома.

— Пойдем? — спросила я у Машки. — Нервишки подлечим?

— А пошли! — радостно махнула рукой подруга и направилась в сторону супермаркета. Я пошла следом за Станиной.

Купили две бутылки вина и две шампанского. Тяжело наверно с утра будет, да? Мы долго провозились с вином, ведь штопора у нас нет, пришлось ключами пробку в бутылку проталкивать. С одержимым мы справились довольно быстро.

До дома мы шли около двух часов, хотя там идти пять минут. В принципе мы могли добраться быстрее, если бы не останавливались каждые пять минут.

— А давай… Ик… мы споем ик? — кое-как разобрала я подругу.

— О чем? Ик. Ой.

И подруга запела. Я ведь даже не представляла, что Маша так умеет. Мне всегда казалось, что она очень воспитанная, всегда спокойная и уравновешенная. Она ведь даже ругаться толком не умеет. Откуда у нее такой репертуар? Я даже не знаю. Где она их откопала — даже думать не хочу. Но девушка запела громко, звонко. Даже пританцовывала.

  Ходит хата ходуном

  И летит все кверху дном!

  Иван не отзывается!

  Любовью занимается!

Пока я пыталась переварить смысл первой частушки, а с захмеленным разумом это очееень сложно. Машка выдала еще две.

  У моей соседки груди,

  Что не видит ног своих,

  Можно спрятаться от солнца

  Хватит места для двоих.

  Полюбила акробата,

  Он крутил меня, как мог.

  Только я не виновата,

  Что он быстро занемог.

Интересно, откуда она это знает? Может недавно в провинцию куда ездила? Потому, что у нас здесь самые заядлые алкаши такие частушки не поют.

Сейчас, конечно, век технологий и все в этом роде. Но что-то я не представляю Станину, сидящую за компьютером, и, разыскивающая похабные частушки. Но ведь все может быть. И все-таки я представила Машку, которая заучивает частушки, недавно отыскавшиеся в интернете. Эта картина заставила меня громко засмеяться.

  Мне мой милый говорит:

  'У меня живот болит'.

  Надо меньше пива пить —

  Лучше девушек любить.

— Откуда ты это знаешь? — возмутилась я, после того как перестала смеяться.

— Я хотела тебя развеселить, но не знала как, — язык у подруги заплетался. — А потом вспомнила, что по телевизору видела, как люди частушки поют.

— Это где такое показывают? — изумилась я. Может мне телевизор почаще включать надо? Машка была со мной солидарна.

— Ха! Когда ты вообще телевизор последний раз смотрела?

Вот так препираясь и смеясь, потому что Станина почти все дорогу пела, дошли до дома. И тут-то я вспомнила о нехорошем предчувствии, посетившим меня сегодня. Может, не обмануло оно меня, а предупреждало? Я не знаю почему, но чувство тревоги нарастало по мере того, как мы с Машей подходили ближе. И своего пика достигло около входной двери, из-за которой доносилась громкая музыка, крики и смех людей.

* * *