Сбросив оцепенение, Трей поднялся на ноги и, пошатываясь, последовал за ними. Он слышал стук сапог по лестнице, но к тому времени, когда ему удалось выйти в коридор, там никого уже не было.

Позади себя Деверилл услышал тихий стон Фелис и понял, что она еще жива.

– Эй, скорее пришлите доктора! – крикнул он, надеясь, что его кто-нибудь услышит, затем вернулся к раненой женщине и опустился на колени возле нее.

– Больно, – едва слышно прошептала Фелис, все еще сжимая руками торчащий из груди кинжал.

– Знаю, милая. – Деверилл протянул руку и осторожно вытащил клинок.

Из раны тут же потоком полилась кровь, и Трей, сдернув со стола скатерть, прижал ее к груди Фелис.

– За что? – прохрипела она.

На это не было ответа. Все произошедшее казалось Трею нереальным, и он мог бы подумать, что ему приснился страшный сон, если бы не отчетливый запах крови, щекотавший ему ноздри. Он знал, что жить Фелис осталось недолго. Вскоре ее тело обмякло, голова откинулась назад, рот открылся, а глаза неподвижно уставились в потолок.

Не в силах оправиться от потрясения, Деверилл некоторое время не двигался. Бессмысленность этой смерти медленно окутывала его туманом ярости, а мозг наполнялся вопросами.

Напавшие на них вполне могли убить его или по крайней мере серьезно ранить, но все трое неожиданно повернулись и исчезли, не причинив ему особого вреда и убив лишь молодую красивую женщину.

Через короткое время Деверилл услышал тяжелый вздох у двери и, взглянув через плечо, увидел черноволосую мадам Бруно, на лице которой был написан ужас.

– Что вы сделали? – шепотом спросила она и, подойдя ближе, еще раз посмотрела на мертвую женщину. – Вы ее убили.

– Я ее не убивал. – Деверилл застыл, невольно удивившись, почему мадам столь быстро пришла к такому заключению. – Трое мужчин ворвались в комнату… – Он резко оборвал себя, тут же поняв, как нелепо звучит такое объяснение. Отбросив в сторону скатерть, он опустил Фелис, подтянул лиф платья на ее оголенное тело, затем пальцами осторожно опустил ей веки. – Уверяю вас, я ее не убивал.

Однако мадам Бруно его не слушала: она пристально смотрела на кровь у него на руках, на парчовом жилете, на белых атласных бриджах и вдруг, попятившись, стала звать на помощь.

В мгновение ока в комнату ворвались слуги, словно они уже ждали сигнала где-то поблизости. Впрочем, любой клуб нанимал на работу боксеров-профессионалов, чтобы утихомиривать буйных клиентов.

– Этот человек убил Фелис, – обратилась хозяйка заведения к вошедшим, указывая на Деверилла, и ту тже отошла к двери. – Не позволяйте ему выйти из комнаты, а я пошлю за полицейскими на Боу-стрит.

Широкоплечие молодчики, сложив на груди руки, послушно преградили Девериллу проход, но он и не собирался бежать. Единственным его желанием в этот момент было докопаться до истины.

Подняв Фелис на руки, Деверилл перенес ее на диван в углу. Лицо женщины было спокойно, как будто она просто спала, однако Трей отчетливо сознавал: эта женщина не заслуживала быть убитой, она просто оказалась невинно пострадавшей.

Отойдя от дивана, он принялся расхаживать по комнате, тогда как расположившиеся поблизости мужчины настороженно следили за каждым его движением. В конце концов ему удалось вернуться к обеденному столу и сесть на стул, но он никак не мог собраться с мыслями и разобраться, что же произошло. Как нападающие узнали, где его найти? Деверилл не мог поверить, что именно он был целью их нападения. Бандиты направились прямо к Фелис, с беспощадной жестокостью убили ее, а его не тронули.

«Вам придется остаться здесь, господин».

Почему? Чтобы обвинить его в убийстве? Но кто, кроме Хьюарда, мог знать, что он здесь, в клубе?

Трей замер. Выходит, эту западню устроил для него Хьюард?

Следующие несколько минут он провел, размышляя над другими возможностями, но его мысли все время возвращались к барону, пока наконец в гостиную не вернулась мадам Бруно в сопровождении высокого жилистого мужчины с редкими каштановыми волосами и хитрыми глазками – таким мог быть только офицер уголовного отдела лондонской полиции, специально созданного для задержания воров и бандитов.