Финч моментально успокоился. Оба едва переводили дыхание после такой потасовки.

Торн глянул в конец холла и увидел, что его лакей снова на ногах и мчится к двери вслед за Биркиным. Йейтс, которому мешала его деревянная нога, двигался много медленнее. Но тут в проеме двери снова появилась огромная спина Биркина. Он высоко над собой поднял руки, сдаваясь.

Мужчину на мушке держала Диана. Когда Торн понял это, холодок пробежал у него по спине.

Сначала захотелось накричать на нее из-за того, что она подвергает себя опасности, хотя было специально приказано держаться в стороне. Но он не смог. Торн почувствовал, как рот его растягивается в ухмылке. Вид элегантной дамы, которой сдается здоровенный громила, был чрезвычайно живописен.

Диана продолжала целиться в Биркина и в то же время ощупывала взглядом холл. Встретившись с ней взглядом, Торн увидел облегчение в ее глазах и понял, что она беспокоилась о нем.

Однако она еще выше приподняла пистолет и холодно осведомилась:

– Так что мне теперь делать с ним?

Торн расхохотался и вскочил на ноги, потянув за собой Билли Финча.

Когда Финч посмотрел на входную дверь, прикидывая, удастся ли улизнуть, Торн снова усмехнулся:

– Можешь попробовать. Я только и ищу повод, чтобы продырявить тебе печень. Мистер Йейтс, – обратился он к товарищу по оружию, – давайте отведем наших друзей в более уютную комнату. Нам нужно немного поболтать. Кстати, Нед, – обратился он к лакею, – забери пистолет у мисс Шеридан и обыщи дом. Вдруг здесь шляются еще какие-нибудь кровожадные преступники.

– Да, милорд.

Однако к этому времени Йейтс уже подобрал свой пистолет и перехватил у Дианы контроль над арестованным Биркином, взяв его на мушку.

Они отвели задержанных на кухню, усадили на пол, спиной к спине, и связали им попарно руки и ноги.

Увидев, что у Торна по щеке от пореза течет кровь, Диана нашла сухое полотенце и молча приложила его к ране. Он улыбнулся в ответ и забрал у нее полотенце, а потом, усевшись на длинный деревянный стол, начал допрос.

Сначала парочка молчала, словно набрала в рот воды. Торн приказал Йейтсу посмотреть, есть ли у Биркина ранение в грудь. Йейтс, забыв о воспитании, рванул тому рубашку на груди и обнажил затянувшийся шрам на левом плече, который явно остался от пули.

– Это ведь от моей пули, правда?

Биркин в ярости посмотрел на него.

– Я к тебе отношусь точно так же. Но за разбой на большой дороге тебя повесят, если не убедишь меня проявить к тебе снисходительность. Кто отдал приказ убить меня? Твоя хозяйка Венера?

За своего напарника ответил Билли Финч:

– Нет, это не она.

– Тогда кто?

– Ее брат Томас.

Торн замолчал. Значит, это правда. Кити все-таки говорила о Томасе Форрестере.

– Как это может быть? Мне казалось, что Томас Форрестер сгорел на пожаре семь месяцев назад.

– Нет, это не он.

– Заткнись, – посоветовал напарнику Биркин.

Финч оглянулся.

– Не собираюсь болтаться на перекладине, как ты.

– Ты тоже по уши в дерьме.

Торн устало вздохнул:

– Господа, я крайне признателен, что вы решились сберечь свои жизни, ответив на мои вопросы, но давайте продолжим. Вы утверждаете, что Томас Форрестер жив?

Билли Финч нехотя кивнул.

– Его бы взяли за измену, поэтому он сжег свой дом, а чтобы там нашли тело, убил какого-то парня и сунул в огонь.

Торн попытался скрыть озабоченность. Если Форрестер инсценировал свою смерть прошлой осенью, значит, тогда все, что происходило в последующие недели и месяцы, нужно рассматривать под другим углом, в том числе и его подозрения по поводу Венеры.

– Это дом мадам Венеры? – спросил Торн, обведя кухню рукой. – Мне говорили, что она регулярно приезжала сюда, чтобы встретиться с любовником, но это не так, да? Она встречалась здесь с братом?

– Да, – прорычал Сэм Биркин.

– И это Форрестер приказал убить меня? Не Венера?

Биркин коротко кивнул:

– Мы получали приказы от Форрестера. Он хотел убить вас.

– Почему?

Последовала короткая пауза.

– Вы же «хранитель». Кажется, мистер Форрестер ненавидел всех «хранителей».

– А что было с Натаниелем Лансфордом? Кто убил его прошлой весной? Вы оба?

– Нет. Сам мистер Форрестер посадил его на нож, клянусь.

– Мадам Венера знала об этом?

Биркин покачал головой.

– Она очень убивалась, когда узнала.

– Где Венера сейчас?