– Да, я действительно довольна, мисс Лоринг. То есть я хочу сказать… Сэр Роберт – лучший покровитель из всех, какие только могут быть. Но на самом деле мне вообще не нужен покровитель. Я не хочу быть чьей-то любовницей, – продолжала Пег с волнением в голосе. – Раньше, до того, как мне пришлось этим заниматься, я была совсем другая… А сейчас… Иногда мне даже умереть хочется.

Лили почувствовала себя так, словно в сердце ей вонзили острый нож. Она-то думала, что Пег просто болезненно застенчива, но оказалось, что бедняжка по-настоящему несчастна.

– Ах, Пег, прости меня, пожалуйста, – пробормотала Лили; она действительно чувствовала себя виноватой. – Мне жаль, что я уговаривала тебя ходить на наши уроки и помогала тебе готовиться к суаре. Я думала, что ты этого хочешь.

– О нет, мисс Лоринг!.. Я совсем не это хотела сказать! Мне очень помогли ваши уроки. И если я должна зарабатывать на жизнь… лежа на спине, то гораздо лучше обслуживать богатого джентльмена. Но я с радостью рассталась бы с такой жизнью, если бы была возможность. Поэтому я просила вас помочь мне… Я была бы вечно вам благодарна…

Лили почувствовала, что у нее перехватило горло. С трудом, сдерживая слезы, она прошептала:

– Конечно, я помогу тебе, Пег. Я сделаю все, что в моих силах.

Губы девушки задрожали в робкой улыбке.

– Знаете, за последнее время я научилась одному полезному делу, стала очень ловко обращаться с иголкой, пока шила костюмы моим подругам-танцовщицам. Наверное, я смогла бы работать помощницей у модистки…

– Да, она права, мисс Лоринг, – подтвердила Бетти. – У Пег прекрасно все получается. Она даже могла бы придумывать фасоны платьев. Видели бы вы ее рисунки! Некоторые из них лучше, чем в модных журналах.

– Пег, ты действительно рисуешь фасоны платьев? – спросила Лили.

Девушка покраснела и пробормотала:

– Ну… я по-настоящему не училась. Но в прошлом сезоне я придумала утреннее платье для мисс Дели, и она была очень довольна.

– Хорошо, я что-нибудь придумаю, обещаю вам, – сказала Лили.

«Я должна сдержать слово, должна помочь, Бетти и Пег», – думала Лили, направляясь в свою спальню. Она была уверена, что сможет найти подходящую работу для Пег, а вот с Бетти могли возникнуть проблемы. Ей очень хотелось поговорить об этой ситуации с Флер и Шантель – возможно, они что-то сумели бы придумать, но пожилые куртизанки все еще были в театре с лордом Клейборном и лордом Пулом. Кроме того, можно было бы поговорить с Уинифред, однако…

«Ты прекрасно знаешь, к кому должна обратиться», – сказала себе Лили. В волнении, кусая губы, она расхаживала по комнате. Ей не хотелось просить Хита о помощи, но не оставлять же Бетти в беде…

Да, решено, она обратится к Хиту. Но только надо придумать, что ему сказать – ведь ее просьба должна звучать убедительно.

Три часа спустя, услышав стук колес по мостовой, Лили набросила на плечи шаль и пошла к парадной двери. Это действительно был лорд Клейборн, который привез, дам домой. Возможно, он не собирался заходить, поэтому Лили вышла из дома и шагнула к тротуару. Ее тотчас же заметил лорд Пул.

– А, мисс Лоринг… – Виконт радостно улыбнулся. – Не ожидал увидеть вас сегодня вечером. А пьеса была замечательная. Напрасно вы не поехали (Шантель уже объясняла своему кавалеру, что Лили не хотела привлекать к себе внимание своим появлением на публике, но пожилой виконт был немного рассеян, поэтому многое забывал).

Лили пробормотала в ответ что-то вежливое и тут же перевела взгляд на Хита. Тот посмотрел на нее с удивлением и спросил:

– Что-то случилось, мисс Лоринг?

– Я хотела бы поговорить с вами наедине, милорд, если не возражаете.

После некоторого колебания он кивнул:

– Да, с удовольствием. Проводить вас в дом? Или вы предпочитаете воспользоваться моей каретой?

Взглянув на карету, Лили покраснела; она тотчас же вспомнила о том, что произошло в этой карете, когда они были с маркизом наедине.

– Лучше в доме, милорд.

Когда все вошли в дом, Флер сказала:

– Лили, дорогая, мы будем в нашей гостиной. Приходите, когда вы с маркизом закончите.

Молча, кивнув в ответ, Лили повела Хита в соседнюю комнату.

– Могу я предложить вам вина, милорд? – сказала она, как только он закрыл за собой дверь.

Он пристально на нее посмотрел.

– Почему так официально, мой ангел?