Вероник, обрадованная встречей, тем не менее отнеслась к плану Лорен с недоверием. По ее мнению, с карточными долгами мужчины были обязаны разбираться самостоятельно. Все же рыжеволосая красавица согласилась помочь подруге и теперь отвлекала гостей игорного дома, чтобы они не появились в курительной зале до окончания ее разговора с Феликсом.

Когда Лорен вошла, молодой человек был уже на месте. Она тщательно затворила за собой дверь.

— Дорогая, — Феликс с улыбкой двинулся ей навстречу, — ты даже не представляешь, как я скучал по тебе!

Услышав столь радушное приветствие, Лорен испытала некоторое облегчение. До последнего мгновения она не была уверена, что Феликс, получив записку, согласится выполнить ее просьбу.

— Я тоже рада вас видеть. Спасибо, что пришли. — Лорен с трудом удержалась от нетерпеливого жеста. — Вы принесли долговую расписку Мэтью? У меня с собой вся сумма, которую он должен.

Дюваль помедлил с ответом, затем с улыбкой взглянул на девушку.

— Мне больно отказывать вам, дорогая, но я не могу брать деньги у столь очаровательной женщины, — произнес он наконец.

Его ответ напугал Лорен. До сих пор ей не приходило в голову, что Дюваль может отказаться продать расписку.

— Но я готова отдать вам пять тысяч долларов. Неужели вы хотите сказать, что не позволите мне возместить этот долг?

Он засмеялся:

— Долг уже сыграл свою роль. С его помощью я надеялся выманить вас из укрытия.

— Вы надеялись? — Лорен напряженно смотрела в лицо молодого человека, силясь понять, что он имеет в виду.

Внезапно на память ей пришел случай, произошедший несколько месяцев назад. Тогда Мэтью пришел навестить ее в игорный дом, и Лорен, разговаривавшая в это время с Дювалем, представила мужчин друг другу. На следующий день Дюваль поинтересовался у нее, не является ли Мэтью ее любовником; Лорен же только рассмеялась в ответ и вскоре позабыла об этом разговоре. Однако Феликс, очевидно, не забывал ничего. Когда Лорен исчезла, он разыскал Мэтью и заставил шотландца проиграть неслыханную сумму. Ради того, чтобы добраться до нее.

Неожиданно сообразив, что она вышла из образа Маргаритки, Лорен поспешила улыбнуться одной из самых своих обольстительных улыбок, не раз заставлявшей трепетать мужские сердца.

— Подумать только, как вы умны, Феликс. Но теперь, когда вы меня нашли, что же вы собираетесь со мной делать?

Темные глаза Дюваля вожделенно сверкнули.

— Не прикидывайтесь, будто не понимаете — Он подошел к ней вплотную, обнял рукой за талию и наклонился, чтобы поцеловать. Лорен торопливо отвернула лицо.

— Вы слишком уж спешите, мсье, — едва выговорила она голосом, срывающимся от отчаяния, — боюсь, это не очень галантно. Вы назначаете ставки, вы устанавливаете правила, а затем отказываете мне в возможности сыграть с вами.

Дюваль скептически приподнял бровь:

— Вы предлагаете…

— Ну да. Вы же игрок и не откажетесь сыграть со мной на удачу. Ну предположим, хотя бы в девятку?

Молодой человек снисходительно улыбнулся.

— И каковы будут ставки?

— Долговые обязательства Мэтью, разумеется. А если вы выиграете, вы проведете ночь со мной.

— Всего лишь одну ночь?

Лорен провела тонким пальчиком по его верхней губе.

— Ну ладно, две. Думаю, я того стою.

— Пусть будет по-вашему, мадемуазель. Я соглашаюсь только ради того, чтобы увидеть наконец прелестное личико, скрывающееся под маской.

«Джейсон меня убьет», — подумала Лорен, успокаивая себя насколько могла тем, что это был единственный путь спасти Мэтью от тюрьмы. Девушка не особенно верила в свои шансы обыграть Феликса в карты, но рассчитывала оказать ему серьезное сопротивление, напугать и заставить совершить роковую ошибку.

Высвободившись из объятий молодого человека, Лорен первая направилась в игорную залу. Ей хотелось поскорее убедиться, что там достаточно людей, с помощью которых она сможет засвидетельствовать нечестную игру Феликса.

Увидев Лорен, Дезире Шодье, оказавшаяся в этот вечер крупье за столом, где играли в девятку, нахмурилась.

— Итак, амазонка возвратилась, — ядовито заметила она, намекая на высокий рост девушки.

Лорен, оставив ее слова без внимания, приветливо улыбнулась пятерым мужчинам, уже сидевшим за столом:

— Мсье, не позволите ли вы нам присоединиться к игре?