Когда минуло несколько долгих секунд и побоев, которыми грозил Джейсон, не последовало, Лорен устало опустилась на койку и устремила полный отчаяния взгляд на свои руки.

— Я не нарочно скрывала это от тебя, — произнесла она ослабевшим голосом. — Я просто ждала особого случая, чтобы сказать.

— Какого особого случая?

— Не знаю! Просто чего-нибудь особенного. У меня ведь не каждый день рождаются дети.

— Лайла сказала, что ты даже плакала из-за этого.

Лорен укоризненно взглянула на него.

— Лайла! Мне следовало догадаться. Ты, видно, попросил ее шпионить за мной и сообщать тебе обо всем, что я делаю. Что ж, Лайла ошиблась! Я плакала оттого, что скучала по тебе и не могла смириться с мыслью, что ты уезжаешь без меня.

Наступила продолжительная тишина, и первым ее прервал Джейсон:

— Значит, ты хочешь этого ребенка?

Лорен прямо взглянула в глаза мужу.

— Этот вопрос так же абсурден, как и предположение, что его отцом может быть кто-то еще, кроме тебя, — спокойно произнесла она.

Джейсон с усилием перевел дух; затем, подойдя к Лорен, он ласково провел рукой по ее щеке.

— В таком случае я прошу прощения за то, что накричал на тебя, — тихо сказал он.

Видя, что грозный блеск в его глазах исчез, Лорен испытала облегчение; и все же она была не вполне уверена, что должна принять его извинения.

— Это все, что ты можешь мне сказать? — небрежно спросила она, приподняв одну бровь.

Губы Джейсона тронула улыбка.

— Ты хочешь, чтобы я молил о прощении? Что же, красавица, будь по-твоему. — К удивлению Лорен, он не задумываясь опустился перед ней на одно колено. — Видишь, я уже у твоих ног. В свою защиту могу лишь сказать, что и мне не каждый день доводится становиться отцом, так что я еще не вполне освоился с новой ролью. — Он улыбнулся с таким обескураживающим простодушием, что Лорен не нашла в себе сил сопротивляться его чарам.

Заметив, что она колеблется, Джейсон обхватил ее сразу обеими руками и привлек к себе.

— А теперь я со всем возможным почтением прошу тебя не лазить больше по снастям, равно как и по деревьям, столбам и прочим высоким предметам.

— Так-то лучше, Джейсон, — заметила Лорен, изо всех сил стараясь сохранить серьезность.

— Вот теперь мне все понятно. Я женился на тиранше. Но ты не ответила. Даешь ли ты мне слово не рисковать более? Видишь, я уже не приказываю.

Округлившиеся глаза, умоляюще глядевшие на нее из-под густых бровей, придавали Джейсону настолько реальное сходство с провинившимся маленьким мальчуганом, который просит отменить суровое наказание, что Лорен не смогла удержаться от смеха.

— Я даю тебе свое слово. Я бы дала его раньше, если бы ты не накинулся на меня, как дикий зверь. Но раз уж ты так мило извинился, я тоже готова признать, что была не права. Конечно, с моей стороны было глупо взбираться на мачту — я просто не подумала о возможных последствиях.

Вспомнив причину их спора, Лорен внимательно посмотрела в лицо мужа, и в ее больших золотисто-зеленых глазах отразилось беспокойство.

— Но ведь ты мне еще не сказал, что сам будешь рад рождению ребенка.

— А ты в этом сомневаешься? — Джейсон склонился к ее губам.

Он целовал Лорен долго и страстно, разгоняя все сомнения дорогой женушки, и когда наконец оторвался от нее, одного легкого толчка оказалось достаточно, чтобы она повалилась на кровать. Прижавшись щекой к ее волосам, Джейсон не спеша принялся ласкать ее груди, Лорен же, закрыв глаза, целиком отдалась восхитительному ощущению.

Через некоторое время Джейсон возобновил прерванный разговор.

— Я никогда не просил Лайлу следить за тобой, — сказал он серьезно. — Она всего лишь однажды упомянула в разговоре со мной, что ты, возможно, находишься в положении. Но если бы она даже не сказала ни слова, я сам пришел бы к тому же выводу — ведь ты не жаловалась на женские неприятности с самой нашей свадьбы, да и грудь у тебя увеличилась.

— Ну разве что самую малость. Я даже удивлена, что ты заметил.

Джейсон приподнял голову и усмехнулся.

— Не забывай, что я уже достаточно долго и целенаправленно исследую твое тело. — Он вгляделся в ее лицо, и постепенно его усмешка исчезла. — Ты вся словно наполнена внутренним светом, и от этого стала еще краше. Материнство идет тебе.

Лорен улыбнулась:

— Тебе легко говорить — ведь не ты вынужден пропускать завтраки.