Все мышцы Элеоноры напряглись, как пружины, едва она представила, как Дэймон ласкает ее горячую плоть языком так, как он уже однажды делал.

— Наслаждаясь твоим вкусом, я услышал бы, как ты задыхаешься от удовольствия. А потом, когда ты была бы не в силах вытерпеть эту сладкую пытку, когда ты опьянела бы от наслаждения, медленно вошел бы в тебя, намеренно продлевая этот момент. И когда мой член заполнил бы тебя, Эль, мы начали бы двигаться вместе, как будто мы одно целое, и уже нельзя было бы сказать, где я, а где ты…

Жар охватил тело молодой женщины, в нем бешено пульсировало желание. Дэймону все-таки удалось оплести ее паутиной воображаемых картин, пленяя волшебным голосом и блеском черных глаз. Спустя четыре дня эти темные глаза все еще хранили воспоминание об их первом сексуальном опыте, не давая ей забыть, какими невероятными ощущениями сопровождалась их близость.

Когда он распахнул свой халат, Элеонора поняла, что его фантазии вызвали у него похожую реакцию.

— Посмотри, что ты со мной сделала, любимая… Моя плоть тверда и горит огнем от желания.

Вставший в полный рост великан служил явным подтверждением сексуального возбуждения. Сейчас он показался Эль не просто большим, а огромным, налившимся до предела. И она, как завороженная, не могла оторвать взгляда от этого прекрасного жезла, вспоминая, какие безумные, острые чувства вызывали его движения внутри ее тела.

Затем Дэймон резко сбросил халат с плеч. Когда он встал, в Элеоноре, будто что-то взорвалось. Впервые в жизни она увидела его полностью обнаженным и сейчас не могла скрыть своего восхищения совершенной мужской красотой. Как будто искусный скульптор от души постарался вылепить великолепное тело: широкие плечи, превосходную мускулатуру, упругий живот, узкие бедра и длинные сильные ноги.

Дэймон стоял, не шевелясь, позволяя ей рассмотреть каждую деталь, нежно, страстно и чуть насмешливо наблюдая за ее очаровательной беспомощностью. Элеонора подумала, что если кого и можно назвать красивым, так это ее мужа, Дэймона. Его точеное тело было просто идеальным, крепким, здоровым и очень мужественным. Эль почувствовала непреодолимое желание дотрагиваться до него, ласкать, целовать… Затем ее взгляд упал вниз, сосредоточившись на завитках темных волос, обрамляющих основание его мужской гордости. Казалось, возбуждение переполнило его до краев и вот-вот произойдет взрыв…

У нее перехватило дыхание, когда Дэймон протянул руку, чтобы забрать ее бокал с вином. Поставив его на каминную полку, он нежно взял Элеонору за запястья и притянул к себе.

— Д-дэймон, — запинаясь, произнесла она тихим срывающимся голосом.

— Прикоснись ко мне, Эль! — взмолился он, прижимая ее ладони к своей обнаженной груди и как бы призывая почувствовать на ощупь крепкую мужскую мускулатуру.

— Касания позволены, моя сладкая. Ведь я твой муж, а ты моя жена.

Его тело было гладким и горячим, мощные мускулы играли под шелковистой кожей, и Элеонора не могла не выполнить его просьбу. Он был просто воплощением дьявольского искушения.

Затем Дэймон наклонился ближе, так, что его дыхание коснулось ее волос.

— Ты пахнешь грехом, жена, — прошептал он, уткнувшись в ее висок. — А еще дождем и ароматом знойной женщины.

Его запах тоже показался ей порочным. Ее муж пах мускусом и еще чем-то горячим, непередаваемым словами, окутывающим страстью и нежностью.

Дэймон чуть отступил назад, и от его взгляда сердце Эль неровно забилось. Затем он развязал пояс пеньюара и распахнул его, рассматривая полупрозрачную сорочку, под которой бесстыдно и напряженно были очерчены торчащие соски.

— Если бы я занялся с тобой любовью, то вот с чего бы я начал…

Он поднес указательный палец ко рту Эль и стал медленно погружать его внутрь, во влажные приоткрытые губы. Его прикосновение было легким, изысканным… обжигающим. Затем он взял в ладонь упругие бугорки ее грудей и слегка сдавил их.

Волна невообразимого наслаждения пробежала по телу Элеоноры, когда он слегка сжал оба соска, и она не нашла в себе сил сопротивляться. Ей хотелось чувствовать его руки на своем теле.

— Позволь мне по-настоящему возбудить тебя, Эль.

Ее сердце бешено застучало: Скользнув по ее бедрам и обхватив ягодицы, он крепко прижал ее к своему горящему торсу.

— Почувствуй, как сильно я хочу тебя.