– Обещаю, – сказала Мэри. – Все праздники будем праздновать вместе. Я хочу устроить грандиозный банкет для всех-всех. Как вы думаете, мне следует пригласить Френсиса?

Морган пожала плечами:

– Приглашайте кого хотите. А сейчас давайте прощаться скорее, а то расплавимся. Жара стоит страшная.

Мэри обняла Морган:

– Благослови вас Господь, дорогая моя.

Дважды она оборачивалась помахать Морган, а сама Морган сожалела о том, что в Белфорде у нее больше не будет компаньонки. Но почему-то вдруг испытала чувство облегчения. И устыдившись этого, от всей души мысленно пожелала Мэри удачи в ее новой жизни.

На следующий день незадолго до полудня они вернулись в Белфорд.

– Слава Богу, мы дома, – заявила Полли, спешиваясь во дворе замка. – Моя бедная задница чувствует себя так, будто я полгода просидела на острых камнях.

Морган расхохоталась. Мэтью и Пег выскочили им навстречу. Мэтью сразу же засыпал Морган сообщениями о видах на урожай, а Пег без умолку тарахтела о детишках и их шалостях. Выслушав всех, Морган повернулась к Мэтью.

– Как мой супруг? – спросила она.

– Все так же, мадам, по-прежнему.

Морган убедилась в том, что Мэтью прав, навестив Джеймса, как только распаковала вещи. Он настолько похудел, что напоминал скелет, обтянутый кожей. Глядя на него, почти затерявшегося на огромной постели, Морган почувствовала себя виноватой. Она ведь ни разу не помолилась о выздоровлении мужа. И в глубине души вынуждена была признать, что не хотела его выздоровления.

– Седрик, – обратилась она к камердинеру, – я иду в часовню помолиться за моего супруга.

Мэтью, тяжело дыша, влетел в холл замка. Он только что был в деревне по поручению хозяйки и на обратном пути провел пару часов в своем любимом кабачке. И вот теперь, задыхаясь, стоял на пороге и спрашивал Полли, где найти хозяйку.

Мэтью помчался в кухню и в дверях едва не столкнулся с Морган.

– Потише, дружок, – остановила она его. – Что-нибудь случилось?

– Англичане совершили набег на Тевиотдейл. Я только что слышал об этом в «Золотом орле». Они сожгли там несколько домов, разорили поселки, но шотландцы отбили нападение и захватили пленных. И один из пленных – господин Френсис.

– Что?! Френсиса не могло быть среди них – он не солдат. Пойдем-ка в кухню, Мэтью, ты глотнешь эля и расскажешь мне обо всем подробно.

Выпив эля и переведя дыхание, Мэтью наконец-то рассказал:

– Я зашел в трактир выпить и поболтать. А там как раз случились купцы, которые возвращались из Шотландии. Они-то и рассказали все, как было. Четыре дня назад сэр Роберт Боуз нагрянул в Тевиотдейл и разорил множество проживавших там шотландцев. Они с победой возвращались в Англию, но около двух тысяч всадников ждали их у Хаддон-Ригг. Почти всем англичанам удалось спастись, но вот Боуза и господина Френсиса проклятые шотландцы захватили.

– Уверена, что все так и было, но не могу поверить, что среди воинов, совершавших набег, оказался Френсис. Почему купцы решили, что это был именно он?

– Один из купцов рассказывал про аристократа – высокий светловолосый мужчина, который сразил четырех шотландцев врукопашную, перед тем как его удалось схватить. Ну, натурально, я сразу подумал про господина Френсиса. И спросил, как звали того, аристократа, и оказалось, что это был именно он – купец запомнил совершенно точно.

– Я должна написать в Синклер-Хаус, дабы убедиться, что Френсис отправился вместе с Боузом и его людьми. И если это действительно так, мы немедленно заплатим выкуп за Френсиса.

Спустя несколько дней король Генрих объявил войну Шотландии. Вооружение и припасы уже были отправлены на север в пограничные города – Уорк, Норем, Карлайл и Бервик. Королевская армия выступила в поход. Морган с тревогой прислушивалась к новостям. Бервик и Норем были всего в полудне пути от Белфорда. Так что Белфорд вполне мог подвергнуться нападению шотландцев. Морган велела Мэтью укрепить замок и убедиться, что необходимое количество вооруженных людей всегда будет готово прийти на помощь.