Он осторожно опустил Гленну на постель, прилег рядом и припал губами к ее обнаженной коже. Скользнул языком по плечу Гленны, по ее шее и, наконец, соединил свои губы с ее влажным приоткрытым ртом. Их жаркие тела все теснее прижимались друг к другу, и казалось, что теперь они стали единым целым, единой плотью и кровью.

Рука Кейна скользнула между бедер Гленны, пальцы осторожно погрузились в горячую влажную щель. Гленна не смогла сдержать сладостный крик, улетая к небесам в такт медленным движениям пальцев Кейна.

Чувства переполняли ее, выплескиваясь волнами, подобно океанскому прибою. Кейн осыпал ее грудь поцелуями.

Соски Гленны напряглись, отзываясь на каждое новое прикосновение Кейна сладкой болью. Наконец возбуждение Гленны достигло высшей точки, и она закричала, остро ощущая, как входит в нее твердая мужская плоть.

— Я люблю тебя, Кейн!

Он молчал до тех пор пока не подошла к концу безумная скачка и их тела не содрогнулись в последней конвульсии.

— Я никогда не думала, что это может быть так прекрасно, Кейн, — простонала Гленна, чье сердце готово было выскочить из груди. — Если бы только…

— Если бы только что, любимая? — лениво спросил Кейн, поправляя на лбу Гленны сбившийся локон.

— Если бы только так могло быть всегда.

— Клянусь, Гленна, так всегда между нами и будет, — пообещал Кейн, поддавшись минутной слабости, и тут же пожалел о своих словах. Он ничего не может обещать ей, ничего, о господи! Проклятие! Кейн неуверенно произнес: — Гленна…

— Не нужно, Кейн, — ответила она, прикладывая к его губам свой палец. — Не обещай того, чего не можешь. Ведь я тебя ни о чем не прошу. Пусть все будет как будет. Я знаю, что ты не собираешься жениться, и ни к чему не хочу тебя принуждать.

«Если бы она только знала! — мысленно простонал Кейн. — Жениться-то я собираюсь! На Элен. Ах, если бы мне удалось придумать, как сохранить рядом с собой и Гленну тоже! Но разве мне удастся уговорить свою семью? Никогда! Так что скорее всего Гленна скоро останется только в моей благодарной памяти».

Не найдя ничего лучшего, Кейн прошептал:

— Ты моя, Гленна, и навсегда останешься со мной.

Она истолковала его слова по-своему, так, как ей хотелось, и потянулась к Кейну всем телом, приглашая его снова погрузиться в океан под названием «Любовь».

Кейна не было всего два дня, но Гленна уже не находила себе места, отчаянно скучая по нему, понимая, что это и есть настоящая любовь. Да, пускай безнадежная, безответная, но — настоящая, вспыхнувшая, словно сухой хворост, с той самой первой минуты, когда их глаза встретились в тесном пространстве вагона.

Желая хоть чем-то отвлечь себя от томительных мыслей, Гленна взяла немного денег из той суммы, которую оставил ей перед отъездом Кейн, и решила пройтись по магазинам. Эти деньги Кейн выиграл в рулетку. Гленна согласилась взять их, но с обязательным условием, что вернет при первой же возможности. Теперь она стояла у прилавка, бесцельно перебирая пальцами тонкий атлас, покупать который она, разумеется, не собиралась.

— Гленна! Как я рада снова видеть тебя!

Гленна обернулась и увидела стоящую рядом с нею Сэл.

— Сэл! — радостно и в то же время слегка смущенно воскликнула она.

С тех пор как Гленна узнала от Кейна правду о том, чем занимаются ее недавние попутчицы, она стала слегка стыдиться этого знакомства. Очевидно, Сэл уловила чувства Гленны и не стала ни обнимать ее, ни протягивать руку.

— Все в порядке, солнышко, — мягко сказала Сэл. — Я понимаю. Я знала, что рано или поздно ты все о нас узнаешь. И она повернулась к выходу.

— Погоди, Сэл! — окликнула ее Гленна.

«Кто я такая, чтобы осуждать ее? — подумала она. — И чем я, в сущности, лучше ее? Не я ли несколько недель тому назад отдала свою девственность человеку, которого почти не знала?»

— Не уходи, расскажи, как живешь. А хочешь, пойдем в гостиницу, посидим за чашечкой кофе, поговорим спокойно.

— Мне кажется, нам лучше сохранить наше знакомство в тайне, — ответила Сэл. — Так будет лучше прежде всего для тебя, солнышко.

— Мне нет дела до того, что подумают обо мне другие, — возразила Гленна. — Так ты идешь со мной или нет?