— Ничего я не знаю. Тем не менее я предупреждаю вас, миледи: держитесь подальше от Блэкхита. Я ему не верю. Помните о ваших клятвах в супружеской верности.

Ариана натянуто улыбнулась:

— Это вам следует помнить о брачных узах и клятвах, милорд. В отличие от вас, я намереваюсь хранить верность. Не по своей воле, по принуждению, но я все-таки ваша жена перед Богом и людьми.

— А вы считаете, что я не собираюсь оставаться верным?

— Разве вы на такое способны? Это не в вашем характере. Забрина — очень красивая женщина. Я редко видела таких красавиц, как она и… — в поисках подходящего слова она закусила губу, — таких страстных.

Лайон изумленно усмехнулся:

— А вы разве не такая? Меня вполне устраивает ваш темперамент. Мы действительно были любовниками, но наша связь — дело прошлого.

Девушка взглянула на мужа. Он, что же, считает ее наивным ребенком? Сегодня она слышала своими ушами, как Лайон договаривался о встрече с вдовой.

— Меня мало волнуют ваши отношения с Забриной, — пылко заявила Ариана. — Даю вам благословение провести ночь любви с ней. Именно это вы планировали?

Внезапно лицо Льва осветилось, будто он узнал нечто важное: — Вы ревнуете!

— Нет, — сердито буркнула баронесса. — Можете спокойно спать с кем хотите, только не со мной.

— Неужели я действительно могу спать с кем угодно? — мужчина рассмеялся, а Ариана начала терять терпение. — Я доволен, что вы ревнуете, потому что с этим чувством я могу справиться лучше, нежели с ненавистью. Надия не всегда бывает рядом и не в силах каждый раз предупреждать меня о нависшей надо мной опасности.

Щеки баронессы запылали. Наверное, она заслужила такое отношение к себе:

— А я уверена, что испытываю вовсе не ревность к вам, милорд. Просто я не желаю стать посмешищем для всего двора. Ваши норманнские друзья ждут не дождутся скандала, касающегося вас и Забрины.

— А что будет, если скандал все же произойдет?

Девушка пожала плечами, избегая смотреть ему в глаза. Она знала так же хорошо, как и ее муж, что вечером он встретится с прекрасной вдовой. Так зачем лгать? Неужели рыцарь не понимает, что ей все равно? Или же, наоборот, ее очень волнуют его отношения с Забриной?

— Я думаю, вас весьма интересуют мои связи с другими женщинами. Я чувствую, что вы ревнуете. С чего вам сходить с ума, если вы ненавидите меня?

— Говорю вам, я не…

Она не окончила фразы: Лайон заключил ее в объятия и, прижав к себе, закрыл ей рот поцелуем. Он страстно целовал ее, доведя до такого состояния, что ноги девушки начали подгибаться, а руки сами собой обвили его шею. В ней вспыхнуло желание, с которым очень трудно бороться. Когда рука рыцаря отыскала грудь и коснулась затвердевшего соска, Ариана с трудом сдержала стон.

— Не ревнуете, говорите? — тяжело дыша, шептал Лев, потирая нежную кожу подушечкой большого пальца. — Вам все равно, если я буду делать то же самое с другой женщиной?

— Если вам нравится, — прерывающимся голосом ответила леди Крэгмир, зная, что супруг не поверил ей.

Подняв ее, Лайон отнес жену на постель, сел и, усадив ее на колени, приник губами к ее нежной шее. Баронесса почувствовала, как его язык начал путешествовать по ее коже и добрался до маленького ушка. По телу пробежала дрожь. Ариана попыталась не реагировать на его ласки, но это ей не удалось. Ловко рыцарь расстегнул пояс, снял платье и рубашку и вновь посадил жену к себе на колени.

Глядя на ее грудь, на треугольник светлых волос, он почувствовал, как им овладевает желание. Ариана ощутила, как твердая плоть уперлась ей в живот. Она вскрикнула, напугав Лайона:

— Пожалуйста, милорд, я устала. Мы же только днем… — не окончив фразы, баронесса залилась краской. Норманн напоминал жеребца — всегда готовый, всегда желающий. Вот и сейчас он хочет овладеть ею, а потом удовлетворить Забрину.