Сердце словно сжало тисками, а мозг будто пронзила молния. Ариана, обняв мужа за мускулистые плечи, начала отвечать на его жаркие поцелуи, поглаживать пальцами густые черные волосы, испытывая странное желание дарить нежность и расточать ласки. Пытаясь анализировать свои чувства, она решила, что разум покинул ее, уступив место безумию. Этот человек пришел с мечом на ее землю, растоптал ее поля, отобрал ее владения, убил семью и заставил выйти за себя замуж. Ариана ненавидела его и ненавидела свое тело, которое предательски поддавалось его ласкам, отзывалось на нежность страстными вздохами и стонами.

— Я вхожу в тебя, любовь моя, — хрипло прошептал Лайон, приподнимая ее ягодицы и вновь опуская на себя. Он вошел с трудом, однако барьера, препятствующего дальнейшему продвижению, уже не существовало, поэтому мужчина погрузился целиком в ее влажную теплоту. Ариана, настроившая себя на боль, приятно удивилась, что ее нет.

Молча она приникла к Лайону, повинуясь инстинкту и стараясь попасть в ритм. Мужчина, казалось, передал ей свое дикое, необузданное желание, теснившееся в груди. Лайон, отдавшись страсти, думал лишь о том, что такого, когда полностью теряешь над собой контроль, он не испытывал ни с одной женщиной. Чувствуя, что вот-вот взорвется и вновь оставит жену неудовлетворенной, рыцарь коснулся набухшего бугорка, стараясь и ее довести до конца.

Ариане показалось, словно тысячи разноцветных огней вспыхнули в мозгу, посылая божественные импульсы в тело. Девушка подумала, что оно больше ей не принадлежит, будто незнакомое, чужое создание поселилось в ней. Сладкая истома, начавшаяся с кончиков пальцев, побежала по телу, прогремел гром, и звезды посыпались с неба. Затем Ариана решила, что умерла. Через несколько мгновений она окончательно пришла в себя и увидела, что лежит, содрогаясь, на бронзовом теле супруга.

— Что произошло?

Медленно возвращаясь к реальности после путешествия в рай, Лайон выждал, пока дыхание не восстановится, и ответил:

— Я выполнил обещание. Вы по-прежнему считаете меня неумелым?

Ласковый взгляд его голубых глаз пробежал по её разгоряченному телу. Девушка, вспыхнув, отвела глаза, смущенная своей реакцией на его ласки.

— Может, я ошибалась, — ответила девушка, и, взглянув в окно, она заметила первые лучи солнца. — Наступил день, милорд. Я должна приступать к своим обязанностям.

— Но сначала мы вместе вымоемся, Ариана. Вставай.

С этими словами мужчина подал ей руку. Она хотела отказаться, но его глаза умоляли, и девушка протянула хрупкую ладонь. Взяв ее, Лайон улыбнулся. Он все равно усмирит ее, покорит, сделает ее сердце ручным. Думая так, рыцарь подал жене нижнюю сорочку и надел свою. Как только Ариана полюбит его, она станет идеальной женой.

После купания девушка надела новое белье и платье, законченные этим утром. Теплая мягкая ткань приятно ласкала бедра и грудь, ничем не напоминая жесткие, грубые сорочки монахинь. Ярко-голубое платье, отороченное горностаем, было достойно баронессы. Довольная Ариана приколола к плечу даже сверкающую драгоценными камнями брошь, доставшуюся ей, как и многое другое, от матери, любившей блестящие побрякушки. «Интересно, заметит ли Лайон?» — подумала она и тут же, тряхнув головой, отбросила глупую мысль. Лайон заботился только о своей земле, своем короле и своих удовольствиях.

Прежде чем выйти из спальни, Ариана бросила застенчивый взгляд на постель, вспоминая жаркие, страстные ласки норманна и ту бездну наслаждения, куда он ее поверг. Хотя она и сопротивлялась ему и телом и душой, Лев все же добился того, чего хотел. Мужчина дважды овладел ею ночью и еще один раз в купальне, разбрызгивая во все стороны воду. Ему невозможно было отказать, потому что он напрочь отметал все предрассудки, для него не существовало преград. Этим утром Ариана испытывала боль, но боль удивительно приятную. До сих пор во всем теле ощущалась сладкая истома. И нежность Норманнского Льва удивила саксонку.

При воспоминании о прошедшей ночи щеки девушки зарделись, и она, собравшись с духом, вышла из спальни. На лестнице ее встретила Терза.