Потому махнув парню рукой, я вернулась в теплую спальню. До приема было еще много времени и потому, раскрыв чемодан, я захватила вещи и поспешила в купальню. Все же не очень удобно будет делить ее с тремя мужчинами, но как-нибудь справимся. И не в таких условиях приходилось жить.
Горячий душ, льющийся из глиняного «водопада», вживленного в стену, согревал, помогал расслабиться и начать получать удовольствие от ситуации, в которую я угодила.
Надо как можно скорее начинать делать вид бурной деятельности. Осталось только продумать как именно изображать шпионаж, так чтобы и привлечь внимание и сделать так, чтобы меня отсюда не вышвырнули. Люблю танцы на лезвиях ножей, будоражит кровь и помогает почувствовать вкус жизни.
— 8 —
Без помощи Фризы сушить волосы после душа оказалось чуть ли не пыткой. Несколько раз промокнув их полотенцем и расчесав, я впервые возненавидела свои локоны, которые без дополнительного воздействия сохли ну очень долго.
С бытовыми чарами у меня не срослось по причине того, что не изучала их, а тепловые использовать было страшно. Одна небольшая оплошность и вместо сухих волос получу воспламенившиеся. Да и к парням идти с фразой «ребят, кто тут феном притвориться не прочь?» не шибко-то и хотелось.
К моменту, когда на письменном столе возникла записка-приглашение, я уже стояла посреди комнаты в длинном синем платье, с уходящей в пол легкой юбкой. Затянуть самой себе корсет оказалось не самым легким заданием, но судя по отражению, я с ним справилась.
Высокие тонкие каблуки черных туфель тонули в ворсе ковра, а я проклинала тех, кто изобрел это орудие пыток и сказал женщинам, что они в нем выглядят привлекательно. Зеркало, вставленное в дверцу платяного шкафа, показывало мне высокую девушку с темно-каштановыми волосами, которые рассыпались мелкими сосульками по плечам. Черные корсет аппетитно приподнимал грудь, приковывая взгляд. А довершением служил небольшой каплевидный кулон, расположившийся на несколько миллиметров выше ложбинки.
Шагнув в сторону, я проследила за тем, как юбка расходится, являя в глубоком разрезе ноги чуть выше колена.
На внешней стороне бедра были прикреплены кожаные ремешки, на которых можно было закрепить по метательному кинжалу или флакону с ядом. Но ничего такого в мои планы не входило.
Одно дело, если жрецы заметят странную деталь гардероба и совсем другое, если на этой детали будет холодное оружие.
Мне надо только усилить внимание к моей персоне, а не вылететь отсюда до выполнения своей части договора.
За дверью послышались шаги, а после раздался стук.
— Айрин, ты скоро? — в голосе Джамаса я уловила нотки неуверенности.
— Да. Иду.
Я в последний раз провела расческой по волосам и, понимая, что полностью они все равно не успеют высохнуть, толкнула дверь. Она тихо открылась, яркий свет в общей комнате больно ударил по глазам.
— Прекрасно выглядишь.
Сын графа Казера стоял передо мной в светло-коричневом костюме с темно-зеленой рубашкой, застегнутой на все пуговки. Светлые волосы уложены на одну сторону, а на правом лацкане пиджака поблескивала эмблема Академии Галэйн — древо с четырьмя ветвями. У меня была такая же. На корсете.
Джамас отступил назад ровно в тот момент, когда дверь в комнату парней распахнулась и на пороге появился Лекс в темно-алом костюме-тройке. Ярко-желтая рубашка била по глазам не хуже света от пульсаров.
И только Фенрир не изменял себе. Черная рубашка, черные брюки, затянутые в хвост короткие темные волосы и единственный новый элемент в его образе — белоснежная жилетка.
— Вижу, все готовы окунуться в новый гадюшник, — усмехнулся слуга и сосед принца. — Айрин, прекрасно выглядишь.
Я присела в шутливом реверансе и поймала странный взгляд Норисдана.
Но поговорить нам так и не удалось. От выделенной комнаты до бального зала идти было не больше пяти минут. Хорошо хоть организаторы додумались нарисовать план на обратной стороне пригласительных и отметить нужное место на карте жирным крестом.