Слова ее стали для Гули целебным бальзамом. Да, им говорили, что круто, здорово, классно, но подобрать такие душевные слова, которые затронули Гулино сердце, смогла она одна. А может, Гуля увидела в ней свою маму? Мама истратила бы последнее, но Гулина свадьба — если бы она случилась при жизни матери — была бы самой запоминающейся, пусть и не самой дорогой. И мама точно бы потратилась на артистов — лишь бы на празднике было не скучно. Заняла, взяла бы кредит, но устроила бы прекрасную свадьбу. Руслана и Гули…

Гуля подавила вздох и закрепила пояс на бедрах.

С Русланом бы все равно ничего не вышло. Слишком гордый, вредный… Маменькин сынок он.

И альтернативы у Гули пока не предвиделось.

Она работала, работала…и работала. Или спала как убитая, или убиралась дома, или тренировалась — могла одна, могла с девочками. Гуле надо было заработать деньги, чтобы ни от кого не зависеть, чтобы позволить себе то, что хочешь. Машину, например. У Антона она есть. И квартира у Антона тоже есть. Он же заработал огнем все! Значит, может заработать и Гуля. Не так быстро, но — заработать.

Да и с парнями знакомиться после Руслана не желала. Гуля стала после того случая более разборчивой и недоверчивой. Второй раз получить от ворот поворот не хотелось.

В гардероб зашла Ира. Гуля сразу же почувствовала знакомый запах.

— Ты кероса себе на шорты не капнула случаем? — спросила Гуля вошедшую.

— Это от перчаток, — Ира подняла руку и помотала рабочими перчатками, — Марат дал.

— А что ты их Марату не оставила? Ир, отнеси, здесь все же пропахнет! А нас потом будут ругать администратор за запах керосина в гардеробе! И так от наших костюмов несет…

— Ладно, сейчас я, — Ира исчезла за дверью.

Гуля с Юлей продолжали переодеваться.

Ира вернулась, когда Гуля закончила делать Юле «шишку» и залачивала ей волосы: танцевать с распущенными волосами Гуля считала верхом безумия. Махнешь своим красивым длинным хвостом — и без хвоста останешься, если рядом будет пролетать один из поев, или пройдет траектория горящих вееров…

— Ир, быстренько, — Гуля щедро поливала лаком волосы Юли, — может, сегодня мы уложимся пораньше.

— Не мечтай даже, — фыркнула Ира, — Там Демин приехал со своими фокусами. Он опоздал, с другого праздника едет. Первым пустят его, скорее всего, а мы — на десерт…

— Кошмар, — Гуля возвела глаза к небу, — какой кошмар… У него ж блок длится минут тридцать, и приготовления…ужас… А наше время подходит уже. Нет уж, мы первые. Пусть Демин ждет своего выхода в двенадцать ночи. Мы договорились на одиннадцать вечера — и выступим в одиннадцать!

Гуля поставила лак и накинула на себя скрывающий костюм черный халат на липучках.

— Отдам флешку и скажу, что мы выступаем в одиннадцать, как и договаривались, — объявила Гуля своим девочкам, открывая дверь гардероба.

— Попроси их, пожалуйста! Кушать хочется — сил нет! — взмолилась Юля, — я же с работы сюда…

Гуля была с ней полностью солидарна. Сама из «Мая». Она пообедала, конечно, но не ужинала. А на одних орешках долго не протянешь, да и калорийные они, а Гуле толстеть нельзя ни в коем случае!

Ведущий разорялся в зале, выкрикивая что-то. Обычные конкурсы, но зато в коридоре не было никого из гостей. Здесь же Гуля увидела и Пашку Демина: он со своим многочисленным реквизитом медленно полз в тот же гардероб, где переодевались Гуля с девочками.

— В гримерку тоже не пустили? — посочувствовала фокуснику Гуля.

— Приветики! Нет, занято! Там кого только нет — и хор, и танцы-пляски, и куча еще кого. Сам ушел оттуда. А вас чего?

— Мы же больше на улице работаем…

— А! Уличные артистишки! Ну-ну!

— Паш, мы выступаем в одиннадцать, — серьезно начала Гуля, — я понимаю, что ты должен раньше быть и что ты опоздал не по своей вине, но извини! Нам тоже домой охота.

— У вас больше нет сегодня заказов?

— Нет, — насторожилась Гуля.

— Я что спрашиваю: у меня с Антоном вечно такие же терки. Они постоянно спешат, у них по нескольку площадок…

— Ладно, понятно с Антоном. Но мы тоже спешим, — Гуля заторопилась к ведущему.

— Давай, еще увидимся! — Демин, подхватив огромное количество своих вещичек, поплелся к гардеробу.