— Но я хочу сказать, что если вам вдруг не захочется выходить замуж ни за Ландмана, ни за Уэльса — вспомните про мою персону. Я предложил жениться на вас еще после завещания, потому как боялся, что у вас заберут ваше поместье. А вы ведь столько труда в него вложили! Поверьте, я ничего не говорю, но много вижу и понимаю больше, чем думают окружающие. Предлагая свою кандидатуру, я не думал о себе, мне хотелось просто помочь вам. Со мной, Мартиника, вы сможете продолжить жить, так как пожелаете. Если вы согласитесь стать моей женой, поверьте, я не буду совать свой нос в ваши дела, не буду надоедать вам свои обществом, не буду пытаться быть вам полностью супругом, в смысле не буду заставлять вас-с с-с-спать со мной в-в-в од-дной п-пп-постели… — при этих словах Лесли залился краской и снова начал заикаться. Мартиника положила ему руку на плечо и постаралась его успокоить:

— Я понимаю, Лесли. Не краснейте вы так, мы оба взрослые люди, — Базель взглянул на нее с благодарностью и надеждой.

— Я имею в виду, что п-п-пойму, ес-ссли вы не з-зз-захх-хотите иметь наследника от меня…

— О, милый Лесли! Спасибо вам за вашу безграничную щедрость, но скажите, что же в случае такого брака получаете вы?

— Возможность сделать хоть что-то полезное в моей жалкой жизни, — со вздохом произнес Базель. Мартиника была тронута до глубины души, даже не предполагала, что Лесли преследует столь альтруистичные мотивы. Она, грешным делом, думала о нем достаточно нелестным образом.

— Лесли, вы слишком несправедливы к себе. Сегодня вы показали мне, что вы больший мужчина, чем некоторые присутствующие здесь особи мужского пола. И вы достойны большего, чем фиктивный брак. Я уверена, мы сможем подыскать вам невесту, которая будет в состоянии оценить вашу безграничную доброту и преданность.

— Вы отказываете мне? — спросил Лесли немного обиженным тоном. Он все видел в черно-белом свете.

— К сожалению, Лесли, я вынуждена вам отказать — мое сердце уже занято, — сказала Мартиника, понимая, что любой другой ответ повергнет парня в пучину еще большего самоунижения.

— Это хорошо, что вы не окажетесь без денег. Жаль только мама расстроится, что мне так и не удалось жениться. Но я искренне рад за вас и лорда Уэльса, — беззаботно ответил он.

«Что ж, похоже, у него действительно не было никаких других мотивов, кроме как сделать полезное дело» — подумала Мартиника, — «иначе бы он не воспринял мой отказ так легко».

Выводы Лесли были взяты не с потолка, Мартиника действительно после отъезда Уорнера проводила много времени с лордом Уэльсом.

Дело было вовсе не в привлекательности Колина, просто его присутствие напоминало девушке о том, что все произошедшее — реально, что Уорнер не плод ее девичьих фантазии, который вырвался на волю. Вот еще один человек, который также знаком с Паркером, даже дольше чем она сама. В те моменты, когда Мартиника снова начинала сомневаться в своем психическом здоровье, она заводила разговор об Уорнере, и, к своему облегчению, получала подтверждение о его существовании из уст Уэльса.

Со стороны действительно могло показаться, что вдовствующая герцогиня увлеклась братом Клотильды, что несказанно радовало жену Эммета, и очень огорчало графиню Кентервиль. Но больше всего это выводило из себя виконта Ландмана, который с каждым следующим днем проявлял все больше нетерпения в своем желании заполучить Мартинику.

Глава 25

Виконт не находил себе места, вот уже несколько недель прошло с тех пор как он попросил прощения у Мартиники и сделал ей предложение. Он готов был поклясться, что его слова тронули душу девушки. Иначе и быть не могло!