Расстроенная княжна не сразу заметила приближающегося к ней кашмирского посла.

— Вижу, Вы все еще не можете прийти в себя после столь внезапного предложения, — произнес он, подавая Ирис руку. Княжне ничего не оставалось, как принять ее и начать движение в танце.

— Могу ли я узнать, уважаемый посол, — негромко произнесла Ирис, судорожно ища повод отказаться от замужества. — Известно ли Вам, что мой опекун — лорд Ваннергут, и его сейчас нет в столице?

— Разумеется, — улыбнулся кашмирец, приседая и раскланиваясь с княжной. — Его Величество сообщил, что лорд отдыхает в одной из его резиденций, поскольку плохо переносит влажный морской воздух. Все же столица находится намного ближе к Великому морю, чем ваш родной Эль.

— Эйл, — поправила его княжна, вновь начиная движение.

— Верно, Эйл, — еще шире заулыбался кашмирец, сверкая белизной ровных, мелких зубов, резко контрастировавших со смуглой, почти черной кожей. — Император сказал, что ваш опекун полностью согласен на ваше замужество.

— Но еще вчера все собирались на мои похороны, — вспомнила Ирис. — Вы не могли так быстро сообщить шаху о моем появлении. Что если он не согласится на этот брак?

Посол негромко рассмеялся:

— Вы боитесь, что не понравитесь моему шаху? Вам не стоит волноваться по пустякам, уверен, как только он увидит ваш портрет, тотчас даст свое согласие. Господин считает сапфиры своим счастливым камнем, а прекрасней ваших сапфировых глаз я прежде не встречал. Это будет добрым знаком, если среди его жен появится женщина со столь редким цветом глаз. Уверен, ваше потомство будет счастливо.

— Я бы не стала так далеко заглядывать, — чуть слышно обронила княжна.

По крайней мере, шах еще не знает об этой помолвке, а значит, законной силы она не имеет. А до завтрашнего дня все еще может измениться, в этом Ирис не сомневалась. Письмо наследника престола, написанное много лет назад ее отцу, князю Эйла, теперь лежало надежно спрятанное в потайном кармане среди многочисленных складок платья. Необходимо было передать его Александру, чтобы он и сэр Джакс начали действовать.

Случайный взгляд Ирис упал на огромные зеркала, в которых отражались танцующие пары, и она увидела, что Нотт с интересом следит за ней с послом. Должно быть, герцог сейчас испытывает облегчение, ведь больше она не станет досаждать ему, все время мешаясь под ногами. Самой Ирис сейчас было не до шуток, слишком серьезными были обстоятельства.

Наконец, шествие закончилось, и все гости разошлись по сторонам, освободив центр зала для нескольких пар, исполняющих следующий танец. Самодовольный император, подойдя к кашмирскому послу, все не отходившему от княжны, шутливо заметил:

— И как наша невеста? Должно быть счастлива, что станет женой такого великого правителя, как ваш шах?

— Боюсь, я не могу принять предложение господина посла, — спокойно ответила княжна.

— Что??? — мгновенно изменившимся тоном спросил император. От него так и веяло ледяным холодом, а глаза готовы были пронзить несчастную молниями.

— Я отказываюсь принимать предложение кашмирского посла, — все также хладнокровно повторила Ирис, отчетливо произнося каждое слово. Все окружающие смотрели на нее кто с ужасом, кто с ироничной улыбкой, ожидая развязки.

— Неужели? — зловеще прошипел император. — Вы выбрали неподходящее время и место. Однако для подобной дерзости у вас должен быть веская причина.

— Так и есть, — твердо заверила княжна. Толпа вокруг них все росла, напряженно следя за ними. Танцоры двигались все неувереннее, заметив, что всеобщее внимание теперь приковано не к центру зала, а музыканты, глядя на них, перестали играть.

— Продолжайте бал! — сердито рявкнул монарх, видя как все остановились. — А Вы княжна, немедленно должны назвать причину для отказа. В противном случае, вы вынуждены будете тотчас покинуть дворец и более не появляться на празднествах. — Поняв, что этим ее не испугает, мстительно добавил: — И завтра же мы сыграем вашу с шахом свадьбу, а господин посол заменит его во время церемонии. Вам должно быть известно, что подобный брак весьма распространен за морем.