Смотрю на реакцию ублюдка, на лице Кирюхи ходят желваки.

— Асхан, я…

— Закрой табло, — ударяю кулаком по столу. — Твои девки в моем районе мужика солидного на бабло кинули, это не последний человек раз и среди нас это называется беспредел, ты же хорошо знаешь наши законы, Сайгак? Кто это сделал?

Кирюха вытирает пот с лица, его нижняя губа дрожит, да и понятно почему, мое терпение скоро закончится, и он хорошо это знает.

— Я повторяю сука, — хватаю его за голову и ударяя головой.

Кир. ха испуганно ойкает, из его носа течет кровь.

— Я тебя сейчас мразь в окно выкину. Понял?

Он судорожно кивает.

— Вероника, ее зовут Вероника, среди девок Маркиза.

Я хмыкаю, тоже мне Маркиза, шлюха беспонтовая и еще до кучи тупая, раз прихватила столько бабла и думала, что ее не найдут.

— Где она?

— Сегодня выходная.

— Я думаю с таким баблом кретин, она теперь постоянно выходная, контакты давай.

Кирюха судорожно кивает, я отпускаю его и записываю адрес шалавы. Ну что ж Маркиза держись, ты отдашь все и даже свыше, намного свыше.

* * *

Леся

Я просыпаюсь от сильного удара, меня тряхануло нереально, едва не падаю с сидения.

— Твою мать. Ну ты что офигел? — слышу голоса.

Открываю глаза и понимаю, что нас подрезали. Твою же… До города еще переть и переть. Я устало откидываюсь на сидении и прижимаю к себе испугавшуюся Полину. Слышу, что что-то с колесом и нам придется ждать другой автобус, прикидываю свои финансы и понимаю то что такси нам не по карману, выходим с Полиной и я плотнее застегиваю куртку. Ветер пробирается сквозь нее, становится холоднее, и я хожу взад — вперед, через сколько придет новый автобус неизвестно, все это время приходится ждать.

— Лесь, может на такси или денег нет? — Полина смотрит на меня.

Я вижу, что она замерзла и хочет кушать, хотела купить тушь и новые джинсы, сэкономила, но, когда вот так на тебя смотрит ребенок, думаю многие меня поймут, понимаю, что на себя все равно и в рваных джинсах похожу и тушь не особо нужна. На небе сгущаются тучи, портится погода и главное не попасть под дождь.

— Все хорошо, сейчас вызову.

Достаю телефон и начинаю набирать номер такси, внезапно мимо проносится знакомая машина, краем глаза замечаю черный "Порш", машина проносится по недавней луже и мои джинсы, как и я оказываюсь обрызгана, я поднимаю голову и вновь сталкиваюсь взглядом со жгучими темными глазами, резко отворачиваюсь, хренов ублюдок, думает ему все позволено. Отхожу с дороги и продолжаю набирать номер такси. Руки трясутся, сама не понимаю, что со мной, как я устала, просто устала от всего этого, от этой бедности, от ощущения ущербности, не могу себе ничего позволить, но знаю нельзя ныть, кому-то может быть хуже, намного хуже…

* * *

Такси приезжает на удивление быстро, садимся в него, дождь уже начинается. Прижимаюсь лбом к стеклу и погружаюсь в свои мысли. Как-то все странно, все не так складывается как хочу, сегодня в ночь на работу, Олег, опять будет психовать, но я хочу помочь, да и понимаю, что мне самой тоже нужно подниматься, ни шмоток, ничего нет. Для меня это не значимо, но осознание того что скоро двадцать все больше тяготит. Почему мама ни разу не написала? Просто взяла и вычеркнула нас из своей жизни? Не позвонила, не спросила, как мы с братом. А ведь нам так ее не хватало, не знаю, как Олегу, но мне очень не хватало, в детстве я так надеялась увидеть ее, что она заберет меня отсюда, но лет в десять поняла: не заберет, она в тюрьме и возможно так решила за всех нас, только неправильно решила, ведь мы бы приняли ее любой, во всяком случае я, я бы точно приняла…