Я едва не подавилась. Я и администратор? Фантастика… У меня нет ни образования, ничего.

— Это было бы просто замечательно, — радостно всплеснула руками Ксюша. — Правда Лесь?

Я деликатно кивнула.

— Спасибо, я обязательно приеду.

Всю оставшуюся дорогу, Ксюша что-то радостно щебетала, а я сидела, как не в своей тарелке. Что-то здесь явно не так, я просто в это не могу поверить. Внешность отца Асхана была очень колоритной, и я прекрасно понимала, что он, что сын, далеко не обычные люди. Они пришли выбивать деньги Вероники, а теперь отец хочет меня устроить администратором. Я вжалась в сидение, пытаясь успокоиться. Сама того не замечая доехала почти до дома.

— Спасибо большое, что довезли. До свидания. Пока Ксюш.

Я потянула на себя дверь машины.

— Леся стойте, вот визитка.

Он протянул мне ее и буквально вложил в ладонь, взгляд такой же как у сына, сверкнул глазами изучая мою реакцию, я спокойно схватила визитку и выскользнула из машины. Даже не дожидаясь, пока она тронется с места, направилась к дому. Кажется, все принимало странный оборот, но выбора не было, я знала, что Олег не найдет такую сумму.

* * *

Асхан

Я откинулся на диванчике и равнодушно выпустил дым. Ненавижу эту тварь, ненавижу… Ярый и Сокол чуть поодаль зажимают девок, а мне совсем ни хрена не хочется. Какого хрена отец не оставил меня с матерью? Неужели она правда меня бросила? Ладно его, но я ее родной сын. Отпиваю вискаря и встаю, иду в сторону балкона, чтобы освежиться. Леся значит… Рыжеволосая, хрупкая девчонка… Сам не понимая зачем обвожу языком по губам, словно вспоминая вкус ее губ. Поцелуи для меня мало значат, все это одноразово, сегодня Светка, завтра Машка, но вот ее поцелуй, он словно особенный, словно зажег какие-то струны. Прошелся по мне, что-то тронул, хочу ощутить ее вкус еще раз, моргаю несколько раз и вообще плохо соображая, что делаю иду вниз. В голове сплошной туман, задеваю кого-то плечом, кто-то отлетает. Выхожу на улицу и отрезвляюсь. Рыжеволосая ведьма, сучка… Никогда раньше так не хотел, телку, до боли во всем теле. Мне словно крышу сорвало, столько баб вокруг и красивее и лучше нее, так что это за хрень. Думаю, о ней, сажусь в машину и отпиваю валявшиеся на сидении виски. Ее глаза какие-то особенные и вся она совсем другая, не такая, как остальные. Что сейчас мной руководит не знаю. Это дикое физическое влечение, алкоголь и или вообще что-то непонятное. Столько вопросов и нет ни одного ответа. Просто хочется и все… Трогаюсь с места, да и плевать, что я пьян. Я Асхан Садаров, не просто сын Перса, а уже сам по себе. Я знаю, чего я хочу и добьюсь этого без отца, его слова до сих пор стоят в ушах, стараюсь об этом не думать. Словно на автопилоте останавливаюсь у цветочного магазина и странно смотрю на него. Нахрена я вообще здесь остановился? Куда я еду? Откидываюсь на сидении, продолжая смотреть на пафосный магазин, внезапно усмехаюсь сам себе. Цветы… Я никогда их не дарил и не умею дарить, тем более этой бродяжке еще. Но тут же перед глазами встает образ изумрудных глаз. Бродяжка… А ведь она совсем не бродяжка. Мозг туманится от алкоголя еще сильнее, выхожу и иду в магазин. Выбираю пафосный, самой дорогой букет и направляюсь к машине, там небрежно его бросаю на сидение рядом и вновь трогаясь с места, сам того не понимая, нахрена мне все это и зачем так заморачиваться, чтобы ее тупо трахнуть, словно на каком-то инстинкте, словно на подсознании.

* * *

Торможу наугад у какого-то дома и понимаю, что угадал сразу. Не ошибся. Телефон звенит, как обезумевший, это отец, но я не хочу сейчас разговаривать, мне не до разговоров. Я не закончил с красавицей, одного поцелуя за ее спасение недостаточно. Тем более где есть поцелуй, там должно быть более интересное продолжение. Иду к ее подъезду, сам не зная, что буду говорить, и надо ли вообще кому-то что — то говорить. Я первый раз дарю цветы и от этого чувствую себя идиотом, букет дико раздражает, но я пытаюсь вернуть себе нотку дружелюбия, я же ее трахать собрался, значит нужно чем-то жертвовать. Подхожу к подъезду и скашиваю глаза, на лавочке сидит она. Сидит обхватив плечи руками, просто сидит… Я моргаю несколько раз, какого хрена она делает тут.

— Привет еще раз.