– Алекс, я больше не хочу играть с тобой в игры…

Она почувствовала его горячие губы на своей шее.

– А что же ты хочешь? – хрипло спросил он. Лили сжала его голову в своих ладонях.

– Я хочу быть твоей женой, – прошептала она и завладела его губами.

* * *

Шли дни, и Лили обнаружила, что никак не может насытиться ласками своего мужа. Прежде она опасалась, что семейная жизнь будет тоскливой и скучной. Но оказалось, что она интересна и увлекательна. Алекс бросал ей вызов за вызовом и ставил в тупик, лишая возможности предугадать его поступки. Иногда он общался с ней в той же бодрой, дружелюбной манере, что и со своими знакомыми, когда ужинал с ними, играл в карты или спорил о политике. Он без колебаний брал ее с собой на верховые прогулки и охоту. Алекс гордился ее умом и открыто удивлялся ее умению вести дом. Лили объяснила ему, что в течение последних двух лет ей приходилось несладко, поэтому она постигла все тонкости экономии.

Лили радовали похвалы Алекса, она была благодарна ему за то, что он уважает ее мнение. Ей нравилось, как он подталкивает ее на неподобающее леди поведение, а потом добродушно подшучивает. Однако бывали случаи, когда он приводил ее в замешательство, обращаясь с ней как с редким, хрупким цветком. Иногда он купал ее, а потом растирал полотенцем, как ребенка, и натирал ароматным маслом, пока ее кожа не начинала блестеть.

Лили никогда так не баловали. После стольких лет борьбы с бедностью она не переставала удивляться тому, что кто-то заботится о ее благополучии. Стоило ей только высказать вслух какое-нибудь пожелание – будь то лошади, билеты в театр или просто нежность со стороны Алекса, – как оно тут же исполнялось. Когда у нее бывали кошмары, Алекс пробуждал ее поцелуями и гладил до тех пор, пока она не засыпала. Когда ей хотелось ублажить его в постели, он вооружался терпением и давал ей такие уроки эротики, которые возбуждали обоих. Сам же он в любовной игре проявлял удивительную изобретательность: то был диким и необузданным варваром, то ласковым и нежным соблазнителем. И в каком бы настроении он ни находился, Лили всегда испытывала безграничное удовлетворение после их близости. День за днем он разрушал ее защитную оболочку, делая ее мягкой, открытой и пугающе ранимой. И все же Лили была счастлива, счастливее, чем могла предположить.

В мгновение ока Алекс мог превратиться из высокомерного пЪвелителя в нежного мужа, тем самым вызывая у Лили жгучее желание поделиться с ним самыми сокровенными тайнами, открыть ему то, о чем не знал никто на свете. Он видел ее насквозь, понимал, что под внешней самоуверенностью скрывается робкая, беззащитная душа. Сколько раз она порывалась рассказать ему о Николь, но страх мешал ей. Она слишком дорожила своей любовью к нему. И еще не была готова потерять его.

Лили тщетно ждала весточки от Джузеппе, то и дело напоминая Бертону о том, что письмо должно быть передано ей немедленно. Она не раз возвращалась к мысли снова нанять мистера Нокса, дабы разыскать Николь, однако боялась, что это навсегда лишит ее возможности вернуть дочь. Единственное, что оставалось, – это ждать. Иногда, не выдержав гнетущей тоски, она срывала раздражение на окружающих, даже на Алексе. Однажды он ответил ей так резко, что она едва не расплакалась, и они поссорились. На следующее утро она не решалась поднять на него глаза, смущенная собственной вспышкой, и ужасно боялась, что он потребует объяснений. Но вместо этого Алекс притворился, будто ничего не произошло, был нежен и ласков. Лили поняла, что он идет на уступки исключительно ради нее – никому другому это не сошло бы с рук. Она не представляла, что могут существовать такие замечательные мужья: великодушные, отходчивые, заботливые.