- Думаешь, я такая дура?! Как только я опущу пистолет, меня тут же скрутят и выведут отсюда в наручниках. А так у меня есть шанс выйти отсюда свободной. Возьму тебя в заложники, свалю подальше.

- Тебе не дадут уйти. Не сейчас. Смирись, Света. Ты и так наломала немало дров, подставила мать и этого несчастного парня. Подумай об этом.

- На Ваню мне плевать. Сам согласился помогать, влюбленный идиот. Я его не заставляла. А мама, ее жаль, но она тоже решила помочь мне сама. Я говорила, что это было идиотским решением, но она не послушала. Нужно было валить отсюда как можно дальше, и жить себе спокойно.

- А Коля? – осторожно спрашиваю я. – он тоже причастен? Тоже сам влез в это?

Внимательно слежу за ее действиями, за эмоциями, отвлекаю разговорами, а сам делаю два полезных дела сразу, во - первых, осторожно подкрадываюсь ближе, а во – вторых, узнаю то, что мне нужно.

Думаю, она не выстрелит. У нее слишком сильно трясутся руки, в глазах дикий страх, и никакой уверенности. Но, все равно лучше лишний раз ее не нервировать и не делать резких движений, не пугать.

- При чем здесь Коля? Он вообще ничего не знал. Да, и плевать мне на него. Я просто хотела получить хорошую жизнь, богатую, и он мог мне ее дать, но эта стерва Кира все испортила. Ненавижу ее. Потом я думала, что хотя бы с помощью ребенка смогу тянуть с этого старого козла деньги, но и тут из-за этой долбаной Киры у меня случился выкидыш. Во всем виновата только она! Если бы отошла в сторону и не мешала, то я бы и не тронула ее.

- Кира тут не при чем. Она и не думала возвращаться к Коле, или вредить тебе. Ты сама спровоцировала выкидыш, и ее вины в этом нет. И я не думаю, что Коля бы долго находился под твоим влиянием, рано или поздно он бы тебя бросил, а ребенка мог и забрать.

- Не мог! Ребенок вообще не его был, а Ваньки, но он об этом никогда бы не узнал. Я бы все сделала, чтобы ребенок рос рядом с Колей, и мы бы получили ту жизнь, о которой я всегда мечтала.

Делаю еще один шаг, и она это видит. Ее глаза округляются, она крепче сжимает рукоять пистолета, нервничает, и в этот момент совсем не вовремя в комнату врываются полицейские, направляют на нее оружие, и велят бросать пистолет.

- Уйдите! Все вон! Или я его убью! Клянусь, я выстрелю прямо сейчас! – Кричит Света, и нажимает на курок.

51 Глава

Кира

- Мам, ну что ты как маленькая?! Давай, еще одну ложку ты должна съесть! Это же фрукты! – Ругается Аня, а у меня и правда нет аппетита.

Как проснулась, сразу почувствовала тревогу, а когда поняла, что Миши нет, и Аня рассказала, куда он поехал, так вообще места себе найти не могу. После всех пережитых событий, думаю, я еще не скоро приду в себя и перестану бояться каждого шороха, как за себя, так и за родных мне людей.

- Ладно, еще одну и все. Больше не заставляй!

Ем фрукты, что принес Артем, а Аня любезно помыла и порезала на кубики, чтобы мне было проще есть. Мне приятна ее забота, но иногда создается ощущение, что она воспринимает меня сейчас как ребенка. Хотя, не считая того, что рука сломана и немного болит голова, я вполне нормально себя чувствую.

Приглядываюсь к парню, что сидит на стуле, и смотрит на мою дочь, и понимаю, что первое мое впечатление о нем было обманчиво. Ну, или он себя хотел показать таким грубым, зажравшимся мажором, которому на всех плевать. На деле же, этот парень очень заботливый и чуткий, особенно к Ане.

Стоит ей ойкнуть, или нахмуриться, схватиться за живот, он тут как тут, и уже готов созвать весь состав гинекологов этой больницы, чтобы только Ане стало хорошо.

- Кира Владимировна, к вам тут пришел мужчина. Но, велено никого не пускать. – В палату заглядывает охранник.

- Что за мужчина? – Хмурится Артем, и поднимается тут же на ноги.

- Представился Николаем Наумовым. Говорит муж, Киры Владимировны.

Артем хмурится, смотрит на нас с дочкой, и идет к двери.

- Я разберусь. – Говорит парень.

- Нет, стой. – Останавливаю я Артема – Пропусти его. Я хочу с ним поговорить.

- Вы уверены, Кира Владимировна?

- Уверена, уверена. Пропусти.

Артем кивает, и выходит из палаты, оставляя нас с дочкой одних.

- Мам, ты уверена? Может не стоит с ним говорить? Все же его все еще подозревают.