Не знаю, почему мне это так важно. Просто легче понимать, что мой муж — всё тот же человек.

— Всё меняется. Ты мне тоже говорил, что любишь и никогда не предашь, — вырывается раньше, чем успеваю себя остановить.

В ответ молчание.

— Диму привезу в семь. Пока! — отвечает и заканчивает звонок.

Ксюша с Максимом смотрят на меня с нетерпением.

— Диму папа забрал, привезёт к семи, — хочу сказать громко, но голос звучит едва слышно.

Чувствую вину перед ними за тот кипиш, который устроила.

Слава, как и обещал, привозит Диму в семь. Выхожу навстречу и с ужасом понимаю, что он не один. Димка подлетает ко мне, хвастается новой моделью самолёта, которую купил ему отец. И сразу же убегает в дом, я же стою в воротах, кутаюсь в вязаную бесформенную кофту, которую накидываю, когда выхожу во двор.

На улице уже темно, в свете фонарей видно, как медленно кружатся снежинки и опускаются на широкие плечи мужчины, который много лет казался мне родным.

Смотрю в его глаза.

— Спасибо, — произношу одними губами.

— Надеюсь, ты не запретишь мне видеться с детьми? — холодно произносит он.

— Нет, разговаривай с ними сам.

Из-за спины Славы появляется миниатюрная девушка-китаянка, с обесцвеченными волосами. Не знаю, что он в ней нашёл. Никакого сходства с собой не вижу абсолютно.

— Здравствуйте, Таня! — делает шаг ко мне, протягивает руку. — У вас замечательный сын. Такой умный мальчик.

Снова смотрю на Славу. Неужели он ждёт, что я начну общаться с ней как с подругой? Ещё и руку пожму?

Для меня это самое настоящее издевательство. А перед глазами картины всплывают, как он обнимает её, целует, прижимает к себе, нависает сверху и обладает ей.

Нет, я не видела этого своими глазами, но моя фантазия очень искусно прорисовывает все детали.

— Да, Дима умный, — отвечаю любовнице мужа, перевожу взгляд на неё. В душе бунт. — Ведь я в него вложила много сил. Жаль, что у него теперь не будет крепкой семьи, которая была до вашего появления.

Запахиваю края кофты и разворачиваюсь, так и не пожав ей руку.

Мне плевать, обидела ли я Славу или его любовницу. Я просто не хочу больше плясать под его дудку. Не хочу делать так, как правильно, постоянно боясь обидеть. Они ведь, когда трахались, не думали о моих чувствах. Муж выбрал себя и свои чувства, так вот теперь я выбираю себя. И буду общаться только с теми, кто мне приятен.

Остаток вечера мы проводим, как всегда. Ужинаем, готовлю на завтра, укладываю детей. Только оставшись одна в тишине дома, я снова возвращаюсь мыслями к своему положению. Хочется опять разреветься, пожалеть себя. Забиться в угол, и выть, плакать от бессилия что-либо изменить.

Но я обещала себе быть сильной. И слёз уже пролито достаточно.

Беру свой блокнот, куда я записываю, дела, чтобы ничего не забыть.

И прописываю пункты, что я буду делать завтра.

1. Посетить тренажёрный зал, купить абонемент и провести первую тренировку.

2. Искать квартиру.

Всё-таки я хочу сменить обстановку хотя бы на месяц.

3. Поискать работу.

Вот этих пунктов и буду придерживаться.

Глава 8

Утро пятницы начинается, как всегда. Развожу детей в школу и в садик. А вот дальше еду на работу к Оле. Она обещала с адвокатом своим познакомить. И я решила воспользоваться её предложением. В этом деле мне нужен проверенный человек. Тот, кто будет стопроцентно на моей стороне.

И как известно, хороший адвокат стоит больших денег, которых у меня, к сожалению, не так много. Если мы со Славой не сойдёмся во мнениях, то я сильно сомневаюсь, что он захочет оплачивать моего адвоката, который оставит его без имущества.

Оля даже мне навстречу выходит из своего кабинета. Стильная, как всегда, и худая. Как ей удаётся поддерживать себя в такой форме?

А вот адвокат мне совсем не нравится.

— Таня, проходи, — Оля приглашает меня в свой кабинет. — Это Сергей Борисович Прямой, мой адвокат. Знакомьтесь, а это Таня, моя подруга.

В чёрном вольтеровском кресле с высокой спинкой сидит темноволосый мужчина. И сразу вызывает во мне отторжение. Во-первых, я не люблю, когда так откровенно пялятся, во-вторых, не люблю наглых людей. Они нарушают личные границы, и я чувствую в обществе таких людей себя совершенно неуютно.