Когда приезжаем домой, Сергей прощается, обещает позвонить. Смотрю ему вслед, и в душе поднимается волна благодарности. Он действительно поступил как настоящий мужчина, не остался в стороне, помог вернуть самое ценное, что у меня есть. Интересно, что им двигало? Жалость? Сочувствие? Или что-то большее? Отгоняю эти мысли. Сейчас главное — дети.

И всё же в душе остаётся тоска.

Нет, я безумно рада, что мои дети со мной.

Просто…просто…чувствую, как мне не хватает Сергея.

Глупо. Стыдно и… тоскливо.

Глава 29

— Ну и как, чем ты занималась на своих выходных? — спрашивает Оля, как только я пересекаю порог офиса. Она сидит на моём стуле, сложив руки перед собой, словно школьница.

— Всё хорошо, — отвечаю я, не желая вдаваться в подробности. Хоть она и подруга, и я многим ей обязана, но сейчас я не в силах опять погружаться в то, что недавно пережила.

Оля же не отстаёт, сверлит взглядом, ждёт подробностей. Но я лишь устало улыбаюсь и подхожу к столу. Нужно возвращаться к работе, к обычной жизни. Хочется забыть всё как страшный сон.

— Тань, я ведь не враг тебе. Знаю, что что-то произошло. Иначе ты бы не стала отпрашиваться с работы. Козырев опять что-то учудил?

Киваю неохотно. Понимаю, что от Оли просто так не отделаться, надо хотя бы кратко рассказать, что произошло.

— Слава Димку увёз, вывез из страны. Вот мы с Сергеем летали туда.

Лицо Оли вытягивается от удивления. Брови взлетают на лоб.

— Боже мой, вот чурбан. Почему раньше не сказала, я бы всех знакомых подняла на уши. Это же не дело, ребёнка у матери забирать! Вот сволочь. Ну реально не ожидала от него.

Оля подскакивает со стула, освобождая моё место, и словно заведённый солдат, начинает маршировать передо мной.

— Я тоже, — киваю. А что ещё сказать в ответ? Если я действительно не ожидала от человека, с которым мы делили и горе и радость, такого скотского поступка.

Оля продолжает ходить туда-сюда, а я сажусь за стол, чувствуя, как усталость наваливается с новой силой. Всю ночь не спала, даже успокоительные не помогали. В голове крутились мысли, Диму с собой уложила. Он так и заснул, держа меня за руку.

Открываю ноутбук, но глаза отказываются фокусироваться на тексте. В голове всё ещё крутятся обрывки воспоминаний: аэропорт, чужой город, отчаянные поиски.

— И что теперь? Как Димка? — спрашивает Оля, останавливаясь наконец.

— Всё хорошо, он со мной, — отвечаю я, стараясь говорить спокойно. — Мы вернулись, как видишь.

Сегодня я оставила его дома. Страшно вести в детский сад, хотя вроде бы понимаю, что Слава не должен повторить. Но теперь я во всём сомневаюсь, а в Славе тем более. Пришлось нанять на сегодня сиделку. Знакомую девочку, она учится в универе, но иногда подрабатывает нянечкой. И хоть я знаю, что он дома, в своей комнате, играет с машинками, мне всё равно тревожно. И от этого страха просто так не избавиться, он останется с ним навсегда. И со мной тоже.

— Тань, ты держись, ладно? Если что, сразу звони. Я всё брошу и приеду, — говорит Оля, кладя руку мне на плечо. Её поддержка сейчас очень важна для меня. Я благодарна ей за то, что она рядом.

— Спасибо, Оль, — улыбаюсь ей в ответ с благодарностью. — Психолога хочу найти, чтобы с Димой поговорил. Не хочу, чтобы на нём это отразилось.

— А у меня есть знакомый психолог. Я с ней уже несколько лет работаю. Спрошу у неё. Ок?

И снова она мне на выручку приходит. Даже уже неудобно. А говорят, женской дружбы не бывает.

— Буду очень тебе благодарна.

— А что там у вас с разводом? Сергей справляется? — впивается в меня взглядом. И почему-то мне кажется, что с каким-то повышенным интересом.

— Справляется. Можно сказать, он всё и провернул, чтобы Диму вернуть.

— Вот видишь, какой мужчина! Я в нём даже не сомневалась. А ты отказаться хотела. — Оля подмигивает, и я чувствую, как щёки предательски краснеют. Не люблю, когда лезут в мою личную жизнь. Особенно когда мне самой неловко вспоминать о той слабости, нашей ночи, проведённой вместе. Я даже не понимаю, как вообще решилась на такое. И как теперь с Сергеем дальше общаться. Делать вид, что ничего не было?

— Таня…ау, — зовёт меня Оля, машет рукой. Я, кажется, опять потеряла нить разговора и ушла в себя.

— Что? — переспрашиваю её.

— Он к тебе не приставал? Ну там в поездке. Номера рядом были?