Готовлю ужин, пока дочь копошится в моих волосах. Пока варю кашу, буквально заставляю себя думать о школе, о том, что через полгода подойдёт наша очередь в садик, о цвете обоев в нашей спальне – обо всём, кроме того, что упорно отвергает мозг. Я бы с радостью поделилась с кем-то, но только подруг как таковых у меня почти не осталось. Так, знакомые. Самая близкая умерла десять лет назад, на работе остались коллеги. Маме позвонить? Нет, надо сначала убедиться. Но в чём?! Господи, я с ума схожу, честное слово! Тянусь к телефону, быстро открываю его профиль. Несколько новых фотографий, большинство – на природе. Очень красиво. Как фотограф могу оценить. А ещё Дима подписывает фотографии: «Мой самый строгий критик, оцени». Улыбаюсь. Самым строгим критиком он называет меня. Лайкаю и комментирую каждую фотографию. Заглядываю в профиль рыжей козы. Ранние фотографии красивые. Она сама красивая, правда, веснушками усыпана, как будто солнце харкнуло в лицо. Таиланд, Бали, Гонконг – девица любит путешествовать по Азии. Работает в туристическом агентстве, всё ясно. О, отношения. Два года назад. Мда.

Сталкер во мне включается с пол оборота. Засовывая ложку в Машин рот, ковыряюсь в соцсетях, ищу эту Риту. РитаСолнце25. Мда, не густо, пока не узнаю, как по-настоящему зовут, нигде, кроме запрещённого сайта, не смогу увидеть инфу.

Никита приходит домой только после звонка. Всем своим видом говорит, что недоволен.

– Я сказала до девяти, а уже половина десятого, – говорю строго. Маша плещется в ванной, я стою в проходе между ней и коридором, одним глазом контролируя дочку.

– Ма, всего полчаса, мы только набрали донатов на новый скилл, – ноет сын, опуская плечи. И добивает: – Чё ты такая душная, а?

– Зашибись, – говорю по слогам. – Просьба быть пунктуальным у нас уже приравнивается к особому уровню душности? Тогда подушню ещё: помой на кухне руки и иди ужинать.

– Я у Глеба поел, не хочу.

– Что ты ел? Чипсы с колой?

– Нет. Котлеты с пюре. И салат овощной. Тётя Таня очень вкусно готовит.

Заявив это, сын гордо проходит мимо и хлопает дверью в спальню. А у меня от обиды дыхание перехватывает. За что он так со мной? Понимаю: подросток, переходный период, все дела. Но я разве плохая мать? Всё для него было до рождении Маши, и сейчас тоже стараюсь по максимуму уделять внимание. Никита в сестрёнке души не чает, папу обожает, а мне в последнее время грубить начал. Я всё сильнее чувствую своё одиночество в собственной семье…

– Никит, – говорю через дверь. У нас правило: в его спальню без стука не входить. С трёх лет, как сюда переехали, уважительно относимся в личному пространству и учим уважать наше. Без стука в спальню Никита тоже никогда не залетит. Маша, правда, спит с нами. – Никит, пойдём, может, какой-нибудь фильм посмотрим? Сериал? Не хочешь?

– Я уже спать собираюсь. – Дверь резко распахивается, сын уходит в ванную. Да что там такого важного в этой игре было, что до сих пор злится?! Где мой мальчик, который бежал целоваться и обниматься с порога?..

– Может, расскажешь, во что вы там играли? – спрашиваю и в ответ слышу шум воды. Отлично. Хочет играть в характер? Я переживу. Пока укладываю спать Машу, слушаю, как Никита ходит по квартире, хозяйничает в холодильнике. Свою дверь прикрывает тихо. Успокоился. Конечно, спать сейчас не будет, наверняка всю ночь будет в телефоне залипать. Скоро вливаться в режим, чувствую множество потрясающих подъёмов утром, когда стану его будить…

Наконец в квартире становится тихо. Боюсь заглядывать в телефон. Боюсь, что найду доказательства Диминой вины. Он работает там, развлекается, отдыхает, чтобы вернуться к семье отдохнувшим, вот и всё. Да что б тебя! Хватаю телефон и быстро открываю её аккаунт. Ничего, ничего, ничего. Стоп. Рука в руке, на заднем плане река. Подпись: «Когда просто счастлива». И… лайк от Димы.

Это ничего. Если они дружат, он просто мог лайкнуть, правда же?.. Захожу к нему на страничку. Та же река. Группа из десяти человек. Рита стоит перед Димой, его рука на её плече. «Лучшее время ever». Лучшее?.. От боли в груди не могу дышать. Тру её, но не помогает. Лучшее время. Даже если дело не в Рите, лучшее время… Не рождение детей, не наша свадьба, не тысячи приятных моментов. А это – там, где нет семьи.