Тот, кто может читать эту книгу, — Хранитель. И с момента чтения на хранителе лежит тайна молчания. Не рассказывай о даре никому, даже тому, кто кажется тебе ближе всех. Даже тому, чью любовь ты не ставишь под сомнение. Ибо тайна — это щит, и пока ты хранишь её, ты в безопасности. Слово, сказанное непосвящённому, обернётся прахом, и щит твой даст трещину, через которую войдёт беда.

Время — река. Река, которая течёт в одном направлении. Ты можешь плыть по течению, можешь грести против, можешь нырнуть в глубину, где течение слабее. Но помни: лишь сильнейшие пловцы могут переплыть её с одного берега на другой, но также можно уйти в глубину и потерять себя навсегда. Время не терпит суеты. Оно наказывает самонадеянных.

Каждый бросок камня в воду создаёт круги. Круги эти меняют течение. А течение меняет судьбу. Но река не прощает тех, кто пытается остановить её.

Теперь ты отвечаешь за каждый круг, за каждую рябь, за каждую жизнь, что затронуло твоё возвращение.

Ты найдёшь все ответы в этой книге. Не торопись. Не перелистывай страницы в надежде на быструю разгадку. Книга даёт знание только тогда, когда читающий готов его принять.

Читай медленно. Дыши глубоко. Время ждёт. Но не вечно»

У меня перехватывает дыхание.

Я смотрю на серебристые буквы, и они не исчезают.

Значит, я была права, насчет этой книги. Это то, что мне нужно.

ГЛАВА 8. Никто тебя не защитит

ГЛАВА 8. Никто тебя не защитит

Кассия

Я разместилась на диванчике и принялась за чтение, с благоговеньем перелистывая на следующую страницу.

Мне не терпелось узнать хотя бы главное — обязательно ли всегда умирать? И ответ меня ждал в самом начале. И он мне не понравился. Смерть неизбежна. Это своеобразная плата. И только в междумирье, когда душа покидает тело, можно изменить время. В реальности это неподвластно никому.

Но расстроило меня и другое.

«Умереть можно всего три раза».

Три раза... Это не так много. Это меньше, чем я хотела бы. Всего три рывка, три попытки переиграть судьбу. А потом — всё. Дар исчезнет. Я стану пустой. И останусь в той реальности, которую создам своими прыжками — хорошей или плохой.

Не то чтобы я желала умирать часто, но все же не так много. Хотя ещё недавно мне и один раз пугал. Ещё недавно я думала, что смерть это конец. Что после неё ничего нет, а теперь ворчу на то, что подарили целых три жизни. Как быстро привыкаешь к чудесам.

Всё дело было в Богине времени. Её звали Ауриэль, и она была старше самого мира. У неё было три жизни — три ипостаси, три воплощения. Девушка, женщина, старуха. Начало, середина, конец. Прошлое, настоящее, будущее.

Ауриэль подарила три капли своего дара трём драконицам — своим верным спутницам, что охраняли её веками. Драконицы приняли дар, спрятали его в своей крови и передали потомкам. И он может пробудиться в потомках в переломный момент времени. Но не просто так, а если была вопиющая несправедливость. Просто менять судьбу никому не позволено. Богиня жутко ненавидела несправедливость, поэтому подарила таким образом возможность с ней бороться.

Получается… Осталась одна смерть.

Одно возвращение.

Нужно быть осторожной и не упустить возможность. Не потратить бездумно последнюю попытку на что-то мелкое, незначительное, то, что можно было решить без магии.

Если честно, в Совете я поступила глупо. На эмоциях. Вместо того чтобы спокойно осмотреться, найти союзников, собрать информацию, я устроила публичную сцену. Бросила ему вызов там, где он был сильнее всех. Напала на него в его же крепости, среди его же людей, которые боятся его и будут на его стороне.

Нужно было узнать больше. Не лезть на рожон.

Я нахмурилась, пролистывая книгу дальше.

Также я узнала, что далеко прыгать — очень опасно. Чем дальше точка возврата, тем сильнее магический откат. Тем тяжелее телу, тем дольше восстановление. В какой-то момент откат может стать смертельным — дар просто разорвёт Хранителя изнутри, не дав даже шанса на возвращение.

Я расстроилась. Очень. Потому что теплилась надежда вернуться в тот вечер, когда не стало отца. Увидеть его живым. Предупредить. Спасти. Доказать, что Филипп — убийца. Обнять его ещё раз.

Но, видимо, не судьба.

Я бы хотела вернуться и защитить отца. Но боюсь, это слишком далеко, и все может закончиться и моей смертью.