— Ну почему же… Он вернётся лет через пятнадцать, когда у нас уже будет шесть детей и ты научишься заботливо поправлять мне одеяло на коленях. А теперь вставай, пора домой. Мы и так здесь задержались.
Бросаю мимолётный взгляд на Мануэля. Одеяло и правда съехало и почти упало на пол.
Пока я теряюсь, не зная самой помочь ему выехать из дома или позвать слуг, Мануэль хлопает в ладоши, и его наёмники с суровыми лицами сразу входят в зал. За ними появляется хозяйка швейного салона в сопровождении модистки и вышивальщицы. Девушки выглядят напуганными, и я их понимаю. Слуги Мануэля у меня тоже вызывают опасения.
— Дон Мануэль, донья Клариса, вы довольны платьем?
Вопросительно смотрю на жениха. Мне всё равно, в чём я буду на свадьбе, к которой не стремлюсь, а он хочет, чтобы церемония прошла в полном соответствии с правилами королевского двора.
— Мы довольны. Вы хорошо постарались. Я удвою плату за вашу работу.
Страх исчезает с лица девушек, сменяясь удовлетворением, а я отмечаю, с какой лёгкостью Мануэлю удаётся манипулировать настроением людей. Я недооценила его с самого первого дня знакомства.
Он казался мне недалёким озлобленным эгоистом, которого волнует только собственная персона. А Мануэль, судя по всему, очень умён и отлично разбирается в людях. Таким же был его отец, если верить тому, что слышала о старом герцоге.
Слуга выкатывает кресло с Мануэлем на оживлённую улицу, и я вдыхаю полной грудью запах свежеиспечённого хлеба и нежный аромат персиков из фруктовой корзины рыночной торговки.
Несмотря на то что зал в доме портнихи просторный, с изысканным убранством и ароматом цветов в вазах, мне кажется, будто я выползла на свет из тёмного подвала.
Искоса смотрю на жениха. Солнечные лучи падают на его лицо, и ранние морщины становятся заметнее.
Бледная кожа, не видящая солнца, тонкие пальцы с синими венами… Мануэль почти не покидает свои покои во дворце. Ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы приехать посмотреть на свадебный наряд.
Чёрные круги под глазами… Видимо, он плохо спит…
Чувствую, как в глубине души шевельнулась жалость к этому человеку, по воле случая лишившегося блестящего будущего. Уверена, с тех самых пор он винит во всём себя. И Карлоса…
— Садись в мою карету, кучер быстро доедет до твоего дома.
— А ты?
— Волнуешься?
— Я лишь спросила…
— За мной приедет другая карета. Спасибо за беспокойство.
Я задала вопрос для того, чтобы прервать неловкое молчание. Хочу ответить, что мне нет дела, как он доберётся до своего дворца, но в последний момент решаю не говорить ничего.
— Мы не увидимся до свадьбы. Есть ли у тебя пожелания, касающиеся нашей брачной церемонии.
— Да! Я хочу, чтобы она никогда не состоялась! — Зло смотрю на Мануэля. — Зачем ты делаешь вид, будто мы вступаем в брак по обоюдному согласию? Что за игру ты затеял? Хочешь отомстить Карлосу? Ему всё равно, раз он бросил меня без объяснений.
— Для каждой девушки свадьба — главное событие в жизни, и я хочу, чтобы всё было устроено по твоему желанию.
— Ты упускаешь одну важную деталь… Не имеет значения, как всё пройдёт, ведь я не люблю тебя. Не знаю, зачем ты настоял на этой свадьбе… Брак не сделает нас счастливыми.
— Ты не первая, кто выходит замуж против воли. Рождение детей изменит твой взгляд на мир.
— Дети? О чём ты! Если приблизишься ко мне, я спрыгну с самой высокой башни твоего дворца! — Голос срывается на крик, но проходящие мимо простолюдины делают вид, что не замечают нас.
— Не волнуйся, Клариса, я не Дон Франсиско и не стану заставлять тебя. Моя жизнь и мой недуг научили меня смирению. Я буду терпеливо ждать, ведь рано или поздно ты сама придёшь в мои покои…
17 Глава
17 Глава
Весь обратный путь домой, сидя в роскошной, богато украшенной карете Мануэля, у меня из головы не выходит его последняя фраза…
«Рано или поздно ты сама придёшь в мои покои…»
Как я могла отнестись к этому браку легкомысленно? Всё, что меня волновало — Карлос. Я гадала, куда он исчез, почему так неожиданно отказался от нашей свадьбы, вернётся ли он в Испанию… И совсем не думала о том, что, выйдя замуж, мне придётся прожить всю жизнь с Мануэлем, исполняя обязанности жены.