— Какая нахрен инспекция, когда в столице происходит такое?! — возмутился здоровяк, — или ты помощи просить приехал?

— Похоже, что мне нужна помощь? — поднял я бровь.

Альберт скептическим взглядом окинул меня с ног до головы и положительно кивнул.

— Тебе показалось, — не согласился я и в очередной раз зевнул, — так, прогулялся немного, питомцев выгулял, а то Лиса своих развлекает, а этим охламонам завидно.

— Ну да, ну да, — сделал вид, что поверил Альберт.

— А ты вообще как узнал, что я здесь? — почесал я голову.

— Да кто бы еще тут два Портала закрыл, — усмехнулся Альберт.

— Ну-у-у, один закрыл Кот… — протянул я, — а второй могли те чуваки, что ошивались на наших землях.

Услышав про посторонних, тот сразу побледнел и напрягся.

Кажется, мой самолюбивый комендант слишком близко к сердцу принял проникновение чужаков, которых не смог обнаружить. Впрочем, от объектов они держались далеко, вреда не нанесли, да и оборудование использовали такое, которое многим Имперским аристократам и не снилось.

— Определил кто такие? — перешел я к конструктиву.

— Еще нет, — скрежетнул зубами Альберт, — ребята работают.

— Ладно, — сунул я руку в рюкзак и протянул здоровяку, — тогда пусть еще и с этим поработают.

Альберт взял в руку тускло красный кристалл и с интересом покрутил в ладони.

— Это то, что я думаю? — осторожно спросил он.

— Не совсем, но принцип работы схож, — кивнул я и, скинув рюкзак с плеча, раскрыл его полностью.

— Ахренеть, да тут же не меньше сотни осколков! — отвисла челюсть у Альберта и жадные глазенки забегали по сверкающему в тусклом свете луны богатству.

— Не совсем осколков, — напомнил я и указал рукой в Портал, — есть свободные руки?

— Свободные руки? — не сразу понял Альберт, а потом его золотые глаза сверкнули понимаем, — так это не все?!

— Не все, — кивнул я, — поэтому руки должны быть не только свободные, но и преданные.

— Понял, организую и проконтролирую лично! — подобрался здоровяк и тут же схватился за коммуникатор, раздавать указания.

Я же, зевнув в очередной раз, понял, что так больше нельзя и надо поспать. А то помимо того, что голова ватная, так еще и энергия вытекает из тела. Чтобы усвоить все добытое надо поспать хотя бы пару часиков, а лучше десять.

С этой мыслью я покосился на стоящий у дерева багги.

Эх, на его аскетичных железных сидениях не поспишь нормально.

Для полного усвоения требуется максимальный покой и отсутствие внешних раздражителей.

Поэтому я закрыл рюкзак и, поместив его в багажный отсек, махнул Альберту.

— Эй, комендант!

— Да? — подошел возбужденно поглядывающий на вход в Портал здоровяк.

— Время позднее, койка свободная в замке найдется? — спросил я.

Тот на пару секунд задумался, покосился на Портал, который явно хотел потрофеить вместе с ребятами, но потом вздохнул и сел за руль багги.

— Конечно, есть. Поехали, инспектор, все тебе лично покажу, — с нотками гордости в низком голосе произнес Альберт и багги с ревом мотора сорвался с места.

Глава 21

Экскурсия по объектам на Заводе заняла больше времени, чем я думал, а приветливые работяги наливали буквально везде.

Такого разнообразия настоек на всякого рода стихийных ягодах не найдешь ни в одном баре столицы, а пробирают они, будь здоров.

Я, если честно, немного прифигел от такого количества алкоголя на территории, и спросил у Альберта не перепрофилировал ли он здесь все под винно-водочный, пока меня не было, на что комендант ответил: «пока нет».

Шутник, блин.

Так получилось, что обход я делал глубокой ночью, во внерабочее время, и благодарные за возможность работать мужики отплачивали так, как могут.

За этот обход я услышал искренних благодарственных слов в свой адрес больше, чем за всю жизнь Паладином, где у простых людей страх передо мной был куда сильнее чувства благодарности.

В целом же ситуация в Долине Трех Холмов обстояла хорошая.

Заборы подлатали, вышки расконсервировали, начали реставрацию центрального здания.

Конечно, пока это походило на лагерь беженцев с разбросанными в каждом углу матрасами, рюкзаками и мешками с одеждой, но тут уже местами было проведено электричество и водоснабжение.

Плавильни переоборудовали под печи, протянули простенькие трубы, пустили отопление, организовали зоны сна, еды, работы и гигиены.