— Никакой сложности, Ваша Светлость, — пожал плечами собеседник, — урезать финансирование военного сектора, отвести Имперские войска от западных границ и расформировать гарнизон Форт-Хелла, — отчеканил собеседник, после чего двинул черного ферзя и с полуулыбкой добавил, — шах и мат.

— Молодец, свободен, — хмыкнул Князь Света.

— Благодарю за доверие, Ваша Светлость, — встал и поклонился собеседник, после чего покинул кабинет.

Князь Света же продолжал сидеть, задумчиво покручивая белую пешку в руке.

В абсолютной тишине кабинета раздались шаги, и освободившееся место занял темноволосый мужчина, что все это время сидел на гостевом диване.

Поправив красный галстук, мужчина сложил руки в замок и поднял вверх тяжелый властный взгляд.

— Хочешь сыграть? — спросил Князь Света.

— В другой раз, — без улыбки ответил Герцог Вильгельм Фон Грэйв.

— Тогда зачем пришел? — хмыкнул светлый, — Я же просил не высовываться без лишней необходимости, а насколько мне известно, все идет гладко.

— Все, да не все, — перебирая разноцветными костяными перстнями, заявил Фон Грэйв.

— Если ты про ситуацию с Князем Земли, то все под контролем, — деловито произнес Князь Света и опустил белую пешку на стол в лежачем положении.

— Он мертв? — поднял бровь Фон Грэйв.

— Нет. Скульптор там, где и хотел быть. В подвале.

— Том самом? — сверкнули любопытством темные глаза Герцога.

— Том самом, — кивнул Князь Света, — Дурак повелся на провокацию Маркуса. Чтобы остановить, пришлось дать ему то, чего он хочет.

— Ключ? — нахмурился Фон Грэйв, — еще слишком рано. Мы не готовы.

— Не переживай, друг мой. Подвал — это тюрьма. Изнутри открыть его невозможно. Особенно без вот этого, — улыбнулся Князь Света и положил на шахматную доску белоснежный артефактный ключ.

Увидев это, Герцог Вильгельм Фон Грэйв расслабленно откинулся в кресле и потянулся к стоящей рядом бутылке виски.

— В таком случае, пожалуй, можно и сыграть партейку, — наполнив два бокала, заявил Фон Грэйв.

— Вот это другой разговор! — засмеялся Князь Света и потянулся к бокалу.

А секундой спустя с грохотом распахнулась дверь.

Вздрогнувший от неожиданности Князь пролил виски на белоснежный галстук и с пылающими испепеляющей дикой стихией в глазах медленно повернул голову.

— П-простите, Ваше Сиятельство! — тут же упал на колени начальник территориальной обороны Клана Света, в кровь разбив себе лоб об белый мрамор пола.

— Говори, — обманчиво любезным голосом произнес Князь Света.

— П-подвал, Ваше Сиятельство! П-подвал! Он… он…

— Да не мямли ты и доложи нормально, что случилось! — скрежетнул сталью обычно спокойный голос Князя Света.

— Д-да… п-простите… г-господин! Северо-западное поместье уничтожено. Наши потери составляют восемьсот двадцать три человека и продолжают расти… а также…

— Подвал… что с подвалом? — побелев от ярости, холодно перебил слугу Князь Света.

— Он открылся, г-господин… — только и успел сказать начальник территориальной обороны, перед тем как стакан из-под виски пробил ему черепушку.

Глава 13

— Спровоцируй, и мы его найдем, говорили они, — сплюнул я, вынимая теневой клинок из черепушки каменного гризли.

Полсекунды я потратил на поглощение трупа и еще столько же, чтобы увернуться от рассекшего воздух каменного топора.

— Открой дверь подвала, получим доказательства, говорили они, — вцепился я рукой, что была обмотана мантией, в каменную шею рогатого викинга и прошептал, — поглоти.

Облако Тьмы распалось на тысячи нитей, со скрежетом срывая со статуи камень, как кусочки пазла и забирая их в небытие.

Секунда, и точечное поглощение каменной оболочки оставило после себя человеческий скелет, который тут же осыпался бурым пеплом.

— Будут доказательства, объявим войну, говорили они, — принял я на локоть обрушившуюся колонну, из-за которой молнией вылетела каменная змея.

Секунда на то, чтобы порвать ей пасть восходящим взмахом теневого клинка, и еще одна секунда, чтобы освободившейся от колонны рукой поймать каменную стрелу у виска.

Только вот речи о том, что «доказательства» будут пытаться тебя убить, не было.

И ладно бы только меня!

Изваяния, коих неожиданно оказалось в древнем подвале сотни, ломанулись наружу, и в их бурых глазах читалось лишь одно желание.

Убивать.