Самое смущающее то, что я должна загадывать желание абсолютно обнаженная, даже на волосах не должно быть ничего, серьги придется вытащить из ушей, кольца отправятся туда же, на траву.
Раздеваюсь догола, складывая свою одежду аккуратной стопочкой, и выпрямляюсь. Мои волосы прикрывают грудь, жаль, не больше. Обхватываю себя руками и неловко переминаюсь с ноги на ногу.
Ночная прохлада заставляет мою кожу покрыться мурашками и подгоняет меня.
Сейчас или никогда! Я слишком далеко зашла, будет глупо повернуть назад, не попробовав.
Я раскидываю руки, запрокидываю голову к небу и принимаюсь напевать древнюю песню — молитву. Постепенно я согреваюсь, качаясь в такт ритма, привычная сила напитывает меня изнутри, и сейчас мне кажется, что все у меня обязательно получится.
— Древние Боги, услышьте меня! Я желаю освободиться от навязанного, стать хозяйкой своему и обрести свою судьбу! — произношу наконец.
Слова будто сами вылетают из меня, изначально я планировала использовать другую формулировку, но дело сделано, внезапный порыв ветра оповещает о том, что мольба принята. Вот только дальше что — то идет не по плану. На мою талию вдруг ложатся чужие руки, и я в ужасе открываю глаза…
— Здравствуй, милая, как давно я ждал тебя, — произносит мужчина, бесцеремонно держащий меня в своих объятиях.
К сожалению, мне не показалось, я действительно больше не одна на поляне. Но так не должно быть! Я только что просила свободы!
Моя мольба не сработала? Не была услышана?
— Уб — берите от меня свои руки, г — господин, — пытаюсь произнести строго, но получается довольно жалко, учитывая, что я заикаюсь от страха.
Наконец опускаю руки, я устала их держать, мышцы после напряжения трясутся, но я пытаюсь воспользоваться руками и оттолкнуть нахала.
— Не могу, милая, ты такая обворожительная, — мужчина ведет носом прямо вдоль моей щеки и как будто принюхивается, словно зверь. — Ммм, и пахнешь шикарно. Нет, как я могу тебя отпустить? И потом, прохладно нынче, а ты совсем без одежды, — Его глаза нагло обшаривают мою фигуру, — куда я тебя отпущу? Еще простудишься.
Краснею от стыда и злости. Никогда не участвовала ни в каких сомнительных ритуалах и правильно делала. Первый же опыт привел к дурным последствиям.
— У меня есть одежда, она рядом. Дайте мне одеться, пожалуйста, — выходит более жалобно, чем я планировала.
«А если Высшие силы подразумевают свободу от Ришара в том, что первый встречный незнакомец распустит руки? Тогда, выходит, моя мольба была услышана», — думаю с ужасом.
Мои прошлые мысли о том, чтобы остаться в этом лесу вместо того, чтобы явиться на свадьбу, сейчас пугают меня и кажутся глупыми. И сам поход был глупым, и поведение мое тоже.
— Сейчас, маленькая, — мужчина снова ведет носом рядом со мной, а его руки сильнее прижимают меня к себе, — сейчас отпущу. Конечно, тебе нужно одеться, я чувствую страх, я не хочу тебя пугать.
По моему телу пробегают мурашки от его действий, а практически невесомый поцелуй в висок в конце заставляет меня разомлеть и на одну крошечную долю секунды пожелать остаться в кольце этих теплых заботливых рук.
Теперь я пугаюсь собственных мыслей, плоха была идея прийти ночью в лес, плоха была идея верить в древнюю легенду, все мои идеи сплошь плохие. И теперь я мечтаю лишь об одном, как — то выбраться отсюда.
— Уйдите! — восклицаю эмоционально и отпрыгиваю назад от мужчины, не ожидая по — настоящему, что он меня отпустит, но мне это удается, я оказываюсь на свободе. — Отвернитесь! Извращенец! — добавляю я и лихорадочно ищу глазами свою одежду.
Вот вроде положила совсем рядом, а теперь ее нигде нет. И что мне делать? Что за таинственное исчезновение платья? Кому оно вообще могло понадобиться в лесу?
— Не это ищешь? — произносит незнакомец, кривовато усмехаясь. В его руках моя одежда и украшения. — Может быть, тебе помочь? Одеть тебя? Я бы предпочел лишь раздевать, но с этим ты справилась сама, — его бархатистый голос ласкает мой слух, а наглая интонация заставляет возмущаться сильнее.
Выпрямляюсь и гордо вздергиваю подбородок, с достоинством подхожу к незнакомцу, стараясь не думать о том, что мои волосы растрепал ветер, и едва ли они сейчас много прикрывают. Я не собираюсь становиться потехой лесному мужлану.