Лара смотрела на эту невысокую, пожилую женщину в строгом чёрном платье и понимала, что перед ней не просто служанка. Перед ней был воин, такой же, как и Тьягу, только её оружием были не призраки, а знание, вера и вековая преданность.

— Но как нам прорваться в галерею? — спросила Лара. — Холл — это поле битвы. А Катарина.. она скоро выберется из библиотеки.

— Она не выберется через главную дверь, — сказала Элвира. — Сеньор Тьягу запечатал её эхом страха. Но она найдёт другой путь. У нас мало времени.

Элвира подошла к стене и нажала на неприметный узор в деревянной панели. Часть стены отъехала в сторону, открывая ещё один тёмный проход — такой же, через который Лара сбежала из библиотеки.

— Этот дом — наша крепость, мисс Вэнс. И мы знаем все его тайные ходы. Этот коридор выведет нас прямо к крылу, где находится галерея. Мы сможем обойти холл.

Она взяла со стола нотную рукопись и протянула её Ларе.

— Возьмите. Астролябия и мелодия. Вы должны доставить их сеньору Тьягу.

— А вы? — спросила Лара.

— А я задержу её, — просто ответила Элвира, и в её руке снова появился тяжёлый железный ключ. — Этот ключ открывает не только двери. Он сделан из метеоритного железа, из того же, что и решётки на окнах этого дома. Тьма его боится. Я не смогу её остановить. Но я смогу её задержать. Дать вам время.

Лара смотрела на неё, и её сердце сжималось от восхищения и ужаса. Эта старая женщина собиралась в одиночку выйти против демона, чтобы дать им шанс.

— Идите, — сказала Элвира, её голос не терпел возражений. — Судьба этого дома и моего господина теперь в ваших руках.

И в этот самый момент из глубины дома донёсся оглушительный грохот, от которого содрогнулись стены. Звук ломающегося камня и дерева. А следом за ним — волна чистой, незамутнённой ярости, которая заставила Лару пошатнуться.

Глава 38. Жертва хранительницы

— Бегите! — Голос Элвиры был подобен удару кнута. В нём не было паники, только сталь приказа.

Лара не колебалась. Она схватила астролябию и рукопись, нырнула в открывшийся тайный проход, и стена за её спиной беззвучно закрылась, отсекая её от музыкальной гостиной. Последнее, что она увидела, было лицо Элвиры — спокойное, суровое и абсолютно бесстрашное. Она осталась, чтобы встретить врага.

Тьма в коридоре была плотной, как бархат, но Лара неслась по нему, ведомая инстинктом и отчаянием. Стены вокруг неё гудели и вибрировали. Грохот битвы в главном холле стал глуше, но теперь она слышала его не только ушами. Она чувствовала его всем своим существом — как низкочастотную вибрацию, которая проникала в самые кости. Это был дом, сражающийся за свою жизнь.

Она бежала, спотыкаясь, ударяясь плечами о шершавые каменные стены. В её сознании билась только одна мысль: Тьягу. Он был там, в галерее, один, истекая силой, сдерживая натиск Ордена. Ей нужно было добраться до него. Доставить ему ключи.

За её спиной, в музыкальной гостиной, Элвира не стала ждать. Она вышла из комнаты и встала посреди длинного коридора, ведущего из главного холла. Она знала, что Катарина придёт именно оттуда. В одной руке она сжимала тяжёлый железный ключ, в другой — свои старинные чётки. Она не молилась. Она просто ждала.

Катарина появилась в конце коридора. Она шла не таясь, её движения были полны хищной, яростной энергии. Её глаза горели чёрным огнём. Увидев Элвиру, она остановилась и расхохоталась. Смех был высоким, дребезжащим, нечеловеческим.

— Старая ведьма, — прошипела она. — Ты решила встать у меня на пути? Ты, чья семья веками прислуживала этим слабакам? Я раздавлю тебя, как насекомое.

Элвира молчала. Она просто подняла руку, выставив перед собой ключ, как клинок.

— Ты не пройдёшь, — её голос был спокоен. — Этот дом под защитой. Под моей защитой.

Катарина снова расхохоталась и бросилась вперёд. Она двигалась с невероятной скоростью, превратившись в размытое тёмное пятно. Но когда она приблизилась к Элвире, та сделала шаг в сторону и с силой ударила её ключом по протянутой руке.

Раздался шипящий звук, как от соприкосновения раскалённого металла с водой. Там, где железо коснулось кожи Катарины, вспыхнул и погас синеватый огонёк, оставив дымящийся ожог. Катарина взвыла от боли и ярости, отшатнувшись.