— Не обращай на него внимание, Асти. Он частенько себя так ведёт. Намеренно выбешивает. У них с Эмом это дерьмо по венам течёт. Я уже привыкла. Идём, а то мама с Рики нас заждались, — Агата тянет меня за руку к двери, показав брату язык.

Я ловлю последний насмешливый взгляд от Марселя Рустамовича, после чего мы с Агатой выходим из комнаты и направляемся к лестнице.

— Он, конечно, невыносимый, но знала бы ты Ара. Вот с ним вообще общаться невозможно!

Для Аги имя Артур, очевидно, триггер, так как она тут же начинает эмоционально высказываться на его счёт, а мои мысли полностью заняты тем, что я додумалась сказать Багримову, что перепутала их с братом на танцполе, фактически признавшись в том, именно его хотела видеть тогда рядом.

Глава 44

Асти

Что люди обычно ожидают увидеть в мастерской художника? Наверное, кучу холстов с набросками, палитры красок, творческий беспорядок и тому подобное.

Примерно это я и вижу, когда мы с Агатой спускаемся в мастерскую её мамы, которая расположена на цокольном этаже. Вот только я совсем не ожидаю увидеть собственный портрет. Точнее, на стене висит та самая фотография, которую Яна сделала в доме у Завьяловых. На ней я тяну руку к дождю. А возле этой фотографии стоит мольберт с холстом, на котором наброшен эскиз моего портрета по этой самой фотографии.

— Обалдеть! — восклицает Аги. — Мам, ты рисуешь Асти?!

Рики поворачивается на голос подруги, затем мажет взглядом по мне, слегка краснеет и отворачивается.

— Это же просто офигенно! — вздыхает Агата, подойдя ближе к портрету.

— Это только начало, — улыбается Яна. — Мне бы хотелось сделать ещё пару фотографий. В планах целая серия.

Она откладывает краски и кисть, которые держала в руках, вытирает пальцы о белый полотенец, после чего небрежно сдувает прядь волос, упавшую на лицо.

— И эту серию я бы хотела сделать сейчас.

— В смысле, сейчас? — смущённо улыбнувшись, я тоже подхожу к портрету.

Красиво получается…

Мне даже кажется, что на картине я гораздо красивее, чем в жизни. И на фотографии тоже.

— Хочу сделать несколько твоих фото на мансарде. На длинной выдержке. Ночь и дождь — самое то, что я хотела бы изобразить. Вы с Аги освободились?

— Мы освободились, мам! Думаю, Асти будет не против пары фоток.

Агата отвечает за меня, что, в целом, мне не нравится, но, наверное, к этой её особенности придётся привыкнуть. Кроме того, отказаться от фотосессии кажется мне неприличным.

По факту, меня накормили и предоставили ночлег. Иначе пришлось бы вызывать дорогущее такси, которое не факт, что приехало бы, учитывая погодные условия.

И ещё… сын этой женщины решает мои финансовые проблемы. А ещё он мой босс…

В общем, как-то очень много пунктов против отказа.

Подумав о боссе, тут же вспоминаю, что сказала ему в комнате.

Просто идиотка. Теперь он будет считать, что он мне нравится.

— Ну так что? Ты согласна? — умоляюще улыбается Яна.

Мне ничего не остаётся кроме, как улыбнуться в ответ и согласно кивнуть. В конце концов, в этом нет ничего такого.

— Аревик, ты с нами? — спрашивает Яна, схватив фотоаппарат.

— Нет. Я тут ещё порисую, — скромно отвечает девушка и снова смотрит на меня.

Почему она так меня разглядывает? Неужели, она считает, что между мной и Багримовым что-то есть? Ревнует?

Может, у него с ней действительно что-то было… Хотя, она ведь сестра его друга. Это странно… Наверное, он не стал бы использовать её для своих развлечений с братом.

Либо я думаю о нём лучше, чем есть на самом деле.

— Ну всё, идём! — Яна тянет нас с Аги обратно к лестнице.

— А ничего, что у меня нет подходящей одежды?

— Меня интересует в первую очередь твоё лицо. Ты сейчас поймёшь, в каком стиле я хочу сделать съёмку.

Мансарда в дома полукрытая. Здесь есть крыша, но отсутствует одна стена, благодаря чему открывается вид на внутренний двор и ливень. Забор с противоположной стороны глушит порывы ветра, поэтому на мансарде довольно тепло и просто свежо.

Яна ставит камеру на штатив, затем готовит отражатели и лампы.

— Может, позвать Марса для парной фотосессии? — хихикает Агата, помогая матери с оборудованием.

Я тут же вспыхиваю, представив Марселя Рустамовича здесь, рядом.

Нет уж. Как-то не хочется испытывать судьбу после того, что я наговорила.