Я почувствовала, как он вышел из меня, и испытала такое разочарование, что застонала. Ответом мне стал тихий смешок, но я не поняла, кому он принадлежал, ведь желание проснулось снова, стоило чьим-то пальцам вновь прикоснуться к чувствительному местечку.

– Аня? Анечка?

По моей щеке прошлась теплая ладонь.

– И для тебя…

Большой палец надавил на нижнюю губу, и я не удержалась, облизнула его и открыла глаза.

– Смелая малышка. Леш, не хочешь ее наградить?

Я охнула, когда ощутила, как в меня опять погружается мужское достоинство. Как от такого отказаться, как вообще можно отказаться от удовольствия, от ощущения наполненности, нужности?

Леша двигался медленнее, подводил меня к краю четкими размеренными шагами и останавливался в миллиметре от цели. Манил недостижимым. Мне хотелось кричать и плакать, умолять, но Макс решил, что сумеет отвлечь. Не отвлекая брата, сдвинул меня поближе к краю и подарил большой и вкусный леденец, с которым я готова была играть сколько угодно.

Так странно, еще недавно я и не думала, что буду считать себя способной не то, что переспать с кем-то незнакомым… просто заговорить! И вот я лежу на столе, покачивая бедрами, ловя ритм, который задает один мужчина, и одновременно дарю удовольствие другому, посасывая и сжимая член второго, понимая, что хочу этого и не променяю ни на что другое! Я не была порноактрисой, но вся эта ситуация напоминала мне сюжет простенькой истории на троих, но с небольшой поправкой. Я действительно любила обоих, хотела, чтобы мы остались вместе. Нельзя рушить эту тонкую связь между нами, нельзя говорить, что необходимо срочно сделать выбор. Я люблю их, люблю до невозможности. Одна случайность переросла в нечто совершенно нереальное. Теперь мне оставалось лишь признаться самой себе и им, что все очень просто.

Мой Леша наращивал темп, ускорялся, вколачивал свой член в меня, и я чувствовала, что мы с ним уже почти у самого края. Не только с ним. Макс тоже не отставал. Его член стал тверже, подрагивая у меня во рту, когда я губами сжимала толстый ствол, стремясь доставить больше удовольствия. Я хотела услышать его стоны, понять, что все делаю правильно.

И добилась своего.

Мы улетели в космос все вместе. Разом. Горячая сперма Макса потекла по моим губам, Лешина ворвалась тугой струей в лоно, и это было так естественно и хорошо, что я засмеялась. Сколько это заняло времени? Совсем немного, но я бы ничего не стало менять, слишком уж хорошо мне было.

– Аня… И что дальше? – Леша опустил голову на мое колено и пытался отдышаться.

– Теперь в спальню? – хихикнула, подумав, что начинаю наглеть.

Кажется, дай мне волю, и я буду заниматься сексом сутки напролет. Может, на меня так действует беременность и ее бунтующие гормоны? Ох, если так, то дальше парней ждет самый настоящий ад, потому что я уже жажду продолжения!

Максим аккуратно вытер салфеткой мое лицо и приподнял, чтобы поцеловать. На миг я потерялась, но с чувством ответила, погружаясь в новый водоворот желания и наслаждений.

– Эй, я еще тут! – напомнил о себе Леша.

Максим отстранился и позволил брату стащить меня со стола, обнять и прижать к себе. Я тяжело дышала, но даже не думала протестовать или командовать. Пусть сами все обдумают и оценят.

– В спальню! – на этот раз я оказалась на руках у своего истинного.

Мой истинный. А ведь в этих словах есть что-то… завлекательное.

– В мою?

– Нет, ты тут редко появляешься, – качнул головой Макс. – В мою. У меня кровать больше.

Хорошо, что на меня в эту минуту никто не смотрел и не видел, как я покраснела. Ага, очень вовремя.

– Как скажешь.

Мы переместились в ту комнату, которая была пропитана Максимом – его вещи, его вкус, его запах. И очень большая кровать.

Леша опустился на нее, и я оказалась на нем сверху, поймала лукавый взгляд и поняла, что он прекрасно знал, что я успела смутиться. Оборотни. От них ничто не скроется.

Его член уже опять был готов к действию, вздымался словно памятник сексу. Мне так и хотелось оседлать его, показать, что и я могу быть главной, но все равно обернулась к Максу, чтобы увидеть зеркальную усмешку в его глазах. Они точно знали, чего хотят, мне же оставалось лишь покориться.

– Ань…