– Если честно, Вадь… Я не знаю… Мы торопимся, кажется. А это никогда ничем хорошим не заканчивается… Мои родители скоро должны были приехать в гости… Я элементарно боюсь, что что-то пойдёт не так…

– Не надо бояться. Ты разве ещё не поняла? Я всё для тебя сделаю…

– Да, я это поняла… Особенно, когда ты выдраил все унитазы до блеска… Это было прекрасно, – расплывается в улыбке, заставляя меня закатить глаза и возмутиться.

– Я столько всего сделал, а ты только это дерьмо запомнила! Вот как так, а?!

– Не знаю… Мне кажется, это мощнее всего остального… Просто взрыв…

– И стиралки с сушкой? – спрашиваю, приподнимая бровь.

– Да…

– И полов?

– Конечно…

– И ужина в ресторане, и знакомства с матерью?!

– Вообще всего…

– Ну ладно тогда… Я могу ещё завтра помыть, раз так. А ты тогда отсосёшь, договорились?

– Ах ты скотина, Мартынов…

Я ржу, а она дубасит меня по грудной клетке и фыркает, покрываясь румянцем. Вся красная… Абсолютна вся. Ещё и в этом развратном белье. Я же даже снимать его не стал. Трусики тупо сдвинул, а соски её прямо через сетку лизал… Охуенно было…

Содрав с неё одеяло, наваливаюсь сверху, пока она визжит и смеётся. Вцепившись в мои плечи, сдувает волосы со своего лица и смотрит на мои губы.

– Дурак…

– Я знаю… Но только твой дурак. Только твой…

Эпилог

Яна Белкова

Я правда не была готова ко всему этому и не знала, что так будет… Что я влюблюсь в Мартынова, и что наши с ним чувства, вызванные каким-то дурацким спором, перерастут в такое огромное и обоюдное влечение. Даже почти зависимость… Я реально не ожидала…

Кроме того, он действительно забрал меня из той квартиры. Инна выдохнула, мол «наконец-то»… Я тогда просто офигела. Говорит, что без меня спится намного спокойнее… Странно слышать это от человека, страдающего бруксизмом, но…

Я стерпела эти обвинения достойно…

Уехала с гордо поднятой головой…

В арендованное Мартыновым гнёздышко…

Его мама, как и обещала, разрешила ему посещать пары, отменила своё это «отчисление»… С Тимом он больше вообще не общался. Ровно, как и с другими своими «друзьями», которые, кажется, хотели только юзать его и ничего больше…

Я всё ещё хожу на работу, хотя острой необходимости в этом нет. Я же живу с мажором, блин, что тут можно ещё добавить. На завтрак лобстеры, в шкафу сплошные брендовые рубахи. Раздражает ли? Ужасно… Но, кажется, я начинаю привыкать…

Мне нравится засыпать в его объятиях и просыпаться. Мне нравится ходить перед ним голой, а ещё нравится готовить для него или гладить его одежду. Мне нравится быть девушкой рядом с ним. А ещё нравится, как он меняется… помогает. Как он растёт эмоционально… Это дорогого стоит. Замечаю не только я, но и его родители тоже. Даже его отец.

А моя мама, узнав, что я нашла парня, была в ужасе, естественно. Хотя и приняла этот факт. Для неё это значит только одно… Что я точно не вернусь обратно. И я рада, что она хотя бы так это поймёт, потому что я и не собиралась возвращаться и бросать любимую учёбу…

Я уже пытаюсь брать небольшие переводы, подрабатывать из дома. Пока только учусь. Но уверена, что когда-нибудь я стану профессионалом.

Не только в этом… Возможно, и в сексе тоже… Мы экспериментируем.

– М-м-м… Доброе утро… Иди сюда…

– Вааааадь… Я пишу сообщение, погоди…

– Потом допишешь, – Мартынов буквально выдёргивает меня из мира телефона, а я между прочим переписывалась с заказчиком по статье.

– Чего тебе, мальчик-зайчик?

– Ты такая тёплая… Я проснулся, а ты где-то на краю. Ты же знаешь, я так не люблю…

– Ути, Боже мой… Не может он… Уже взрослый мужчина. Пора бы и терпеть научиться.

– Не, это так не работает…

– Ну да, разумеется… – хихикаю, когда он придавливает меня собой.

– Суббота… Никуда не надо…

– Ты ничего не забыл? У меня пары вообще-то, – улыбаюсь, пока он вздыхает.

– Блин, мы теперь ходим по субботам, да?

– Да, Мартынов… Уже два месяца, блин… У тебя память как у рыбки Дори…

– Ну, где надо только… Я не хочу туда, бееее… Давай дома останемся… – лезет ко мне и дёргает за трусы, пытаясь их стащить, а я удерживаю всему силами, визжу и ржу на всю квартиру.

– Сейчас соседи полицию вызовут! Помогите!!! Мартынов!

– Никто ничего не вызовет, сюда иди, – и снова рывок, треск… Я даже не понимаю, что это мои трусы разошлись по швам оттого, что он их просто разорвал.