Вадим же вот прямо всеми силами держится, но потом ещё дважды толкается и буквально заставляет меня расцепить свои руки, чуть приподнявшись надо мной и кончая на мой живот…

– Бляяядь… – падает на подушку рядом.

Оба с ним замираем…

Меня оглушает собственное сердце… Я вообще ничего не вижу и не слышу…

Тупо плыву… Рядом с ним…

Глава 43.

Вадим Мартынов

У меня так мощно сейчас долбит сердце. Я даже не ожидал, что это вправду случится… Нет, думал, конечно, но… Не был уверен на все сто… А она ещё и это секси бельё для меня надела… Пиздец.

У меня сорвало крышу… Кое-как держался, чтобы подольше, ведь секса сто лет не было… И кое-как двигался медленно, чтобы ей больно не сделать. Потому что она совсем тугая. Задушила меня буквально… В таких условиях не кончить за минуту уже подвиг.

– О чём думаешь? Не молчи… – говорит она, глядя на меня своими огромными голубыми глазами. Я даже не заметил, что как еблан минут пять просто подвисаю в своих мыслях. Но после её слов приподнимаю руку, беру под крыло, обнимая. Целую в висок и выдыхаю:

– О том, как кайфово было… А ты…

– Не знаю… – словно разочарована.

– Ян… Ты чего…

– Тебе понравилось? – спрашивает взволнованно. Теперь понятно, в чём дело… Девушки… Неужели она реально не заметила, что мне понравилось? Я как бы эту самую симпатию ей на живот вылил… Она до сих пор на ней…

– Да я охуел просто… У меня никогда такого офигенного секса не было, – отвечаю, дёрнув за футболку, лежащую сбоку, и помогаю ей вытереться от спермы и крови. – Главное, чтобы ты не жалела…

– Я не жалею, Вадя… Я просто переживаю и хочу, чтобы всё было правильно…

– Всё и так правильно. Ты моя. Со мной… Всё правильно, Яна. Не сомневайся даже, – уверяю её, потому что всё уже для себя решил. У меня план есть в голове… Чёткий, несгибаемый, офигенный план. – Ты хочешь со мной жить?

– Что? – приподнимается она. – Нет, не могу просто… – мотает головой.

– Почему?

– Ну, потому что… Это дом твоих родителей…

– Да нет… Отдельно. Я бы снимал для нас…

Яна тут же оторопело замирает.

– Вадим… – хмурится она в ответ. – Я не смогу бросить Инну… Одна она аренду не потянет… А я её кинуть не могу, прости…

– Дело только в этом? – спрашиваю я, когда она прикрывается одеялом.

– Ну да, я же сказала…

– Ну давай я ей буду помогать снимать. Вот и всё… Пока она сожительницу не найдёт. Или сожителя… И тебе если что будет куда вернуться…

– Мартынов, – перебивает она и смотрит на меня своими огромными. – А к чему спешка? Боишься, что опять накосячишь? Хочешь привязать к себе?

– Спалила меня, малыш, да, – смеюсь, а она тут же меняется в лице. – Да я шучу, блин. Да я уже привязал тебя… Ближе некуда… Просто хочу быть с тобой. Вот и всё. Мне для счастья большего не надо.

– И когда ты у меня стал таким романтичным, а? – спрашивает с издёвкой. Будто я не был…

– У тебя… Вот именно, помни об этом, колючка… – целую её в нос и снова заключаю в свои крепкие объятия. – Охуенно было… Сейчас… Правда…

– Мне тоже… – выдыхает она нежно. – Вадим?

– М?

– Я люблю тебя, – звучит писклявое в мою грудную клетку, и я расслабляю объятия, пытаясь найти её глаза, но она прячется, воткнувшись в меня носом.

– Мне кажется, что-то послышалось… Не повторишь?

– Нет.

– Ладно, – ржу я, обнимая её ещё сильнее… В грудной клетке взрываются фейерверки. Оказывается, «люблю» прекраснее секса. Оказывается, это такое слово, которое вообще все остальные затмевает… Разом. – Пиздец… Пиздец пиздец я рад это слышать… Моя… – сжимаю объятия до того, что она трещать начинает, а потом всё-таки встречаюсь с её глазами своими. Напуганные и дикие сейчас просверлят во мне дыру.

– Мне больно, Вадим, блин!

– Я так хотел их увидеть… Я тебя очень люблю, Яна… Сразу влюбился. Сразу как увидел тебя в твоей короткой юбке, белоснежных гетрах возле фонтана. Просто дурак самоуверенный, раз думал, что ты мне просто так дашься…

– Ну, без боя я бы не далась… – улыбается она, зарываясь пятерней в мои волосы, и я прикрываю глаза от наслаждения.

– Ещё раз так сделай… Ещё…

– Такой дурак… Как Мартовский кот… Или Мартыновский. О! Будешь у меня Мартыновским котом… – хихикает, наглаживая мою волосню.

– Для тебя, детка, я буду кем угодно… Вообще кем захочешь… – кайфую от наслаждения.