Внезапно, но Нэйлз тоже как-то расслабился, и очередное «пей до дна», которое было призвано показать силу и мощь третьего курса, отыгрывал уже он.

Лорд Дрэйк наблюдал за «подвигом» племянника без особого удовольствия. Даже неодобрительно! На меня тоже косился, а потом спросил, обращаясь к кому-то из пятикурсников:

– А музыканты будут?

– Обижаете, лорд Дрэйк! – отозвался тот. – Конечно!

Музыканты появились через пять минут.

Уж не знаю почему, но мне чудилось, что увижу эльфов. Упоминаний о других расах я в этом мире, конечно, не встречала, но почему нет?

И вообще – что это за фэнтези да без эльфов?

Тем не менее на небольшую, расположенную у дальней стены сцену вышли всё-таки люди. Впрочем, вайб у них был плюс-минус эльфийский. Особенно у солиста – он напомнил одного известного земного рок-певца.

Невысокий, восхитительно прямой, с длинными, кудрявыми, идеально уложенными волосами… Не такой мощный, как парни с нашего факультета, но очевидно сильный. Потом заиграла музыка, и он запел.

Композиция оказалась бодрой, голос солиста великолепным. Я заслушалась, остальные – тоже. Вечер продолжился в несколько ином, менее громком формате. Из композиций я сначала отметила лирическую, она называлась «Я тебя не отпущу». Она сопровождалась ощущением тяжёлого взгляда, направленного на меня.

Но вскоре её затмила другая… Я никогда не слышала эту песню с музыкой, но почему-то с первых аккордов определила, что это именно она.

– Магия! – пропел солист своим идеальным голосом. – Магия…

А дальше выяснилось, что лорд Эрон безбожно перевирал слова.

Песня была сюжетной, а прекрасной на закате и рассвете была вовсе не магия, а возлюбленная героя и, вероятно, самого автора. «В наших сердцах» тоже обитала именно любовь, а не магия! Но не суть.

Во время этой композиции меня начала пробирать лёгкая истерика. Что будет, если Эрон, который, вообще-то с нами и всё слышит, решит выпрыгнуть из кинжала и насладиться музыкой? Боюсь Дрэйка тогда хватит удар.

Но дедушка, хвала Всевышнему, не появился.

А потом Дрэйк поднялся, кивнул всем и ушёл.

Всё это время высокий лорд демонстрировал этакую снисходительную лояльность, и поводов опасаться как бы не было. Но с его уходом в воздухе повеяло настоящей свободой.

– Так! – вскакивая с места, воскликнул Нэйлз. – Кто ещё сомневается, что третий курс талантливее всех?

Разумеется, тут началось новое «пей до дна». Я наблюдала, моя печень снова сопереживательно ныла, народ веселился.

Остатки напряжения схлынули, всем, включая музыкантов, было по кайфу. До тех пор, пока в банкетном зале не появился ещё один человек.

Лично я этого высокого, статного, очень симпатичного мужчину в неприметном кителе не знала. Зато остальные отреагировали так, будто случилось что-то из ряда вон. Большинство резко протрезвело, а музыка, прямо посреди песни, плавно сошла на нет.

И это всё при том, что мужчина выглядел максимально доброжелательно!

– Прошу прощения, – произнёс он мягким голосом. – Я, кажется, вас отвлёк.

– Да… всё в порядке, – ответил кто-то из старшекурсников после долгой такой паузы.

– Замечательно. – Мужчина кивнул. – Я за леди Рэйдс.

И вот прелесть – то за меня практически дрались два факультета, а тут чуть ли не пинками выгнали. В том смысле, что всячески помогли покинуть занимаемое место. Мол, вот она. Забирайте. Всё ради вас!

Я от такого прибалдела и конечно спросила у ближайшего ко мне Курта:

– А это кто?

В глазах парня отразилось потрясение: как, ты разве не знаешь?

– Господин Майгор, – шёпотом ответил он.

– И? – не поняла я.

Сокурсник нервно поправил воротник и добавил совсем уж тихо:

– Начальник ведомства внутренней разведки.

Новая пауза, и я воскликнула мысленно:

«Арти!»

«О, наконец-то обо мне вспомнили,» – иронично отозвался ключевой артефакт.

Но это было не смешно. Зачем я человеку, от которого трезвеют?

«Он ближайший соратник и даже друг Дрэйка, как понимаю».

Это сообщение немного успокоило, но…

«Вряд ли правящие решили причинить тебе вред, – считав мои сомнения, добавил артефакт. – Просто подойди и спроси. И не волнуйся – если что, мы с Эроном тебя отобьём».

Отобьют. Меня. Конечно это многое меняет.

Я действительно приблизилась к мужчине и вежливо кивнула. И тут же услышала: