Частенько Тюфякин, своей энергичностью и деловой хваткой представляющий разительный контраст с собственной фамилией, заезжал после тяжелого дня в какой-нибудь ресторанчик по дороге, чтобы хотя бы пару десятков минут провести в тишине, разгружая голову. Большего он пока себе позволить не мог.

Итак, арест дочери третьего внука…

Юрий Николаевич сделал еще пару разминочных движений шеей и вновь взял упавший на колени планшет, где была открыта вкладка со сводкой по происшествию.

— Ваня, — негромко позвал он после очередной попытки вчитаться. — Это что такое?

Начальник личной охраны обернулся с переднего пассажирского сиденья. Особой вины за собой он, несмотря на недовольство в голосе патрона, не чувствовал.

— Всё, что есть, Юрий Николаевич, — негромко произнес он. — Больше информации найти не удалось.

Тюфякин чуть удивленно приподнял брови. Ему даже пришлось приложить известные усилия, чтобы сдержать вспышку раздражения.

— Своими словами, — потребовал он негромко, откладывая планшет в сторону.

Старший безопасник вздохнул. ТАКИЕ доклады ему делать очень не нравилось.

— На данный момент известно… — начал он деловито.

— Стоп, Ваня, — тут же приподнял ладонь очень давно знавший подчиненного Юрий Николаевич. — Вот только сводку мне тут пересказывать не надо. Коротко и ясно: что произошло?

Сотрудник СБ задумался. Однако резюмировать смог лишь следующее:

— Неизвестно.

Тюфякин откинулся на спинку обитого кожей пассажирского диванчика.

— Прошла неделя, — коротко констатировал он.

— Точно так, — раздался глухой ответ с переднего сидения.

— И ничего?

— Известно лишь, что Инна Михайловна и Давыдов Владислав Юрьевич…

Это имя заставило пассажира седана поморщиться. Вот не одобрял он этого дружка внучки. Тот еще вертопрах. Но на него собственная семья уже давно оставила все надежды. А вот у девушки могло быть будущее.

— … сейчас находятся в здании главного управления МВД. Все попытки узнать больше информации, скажем так, неофициально, наталкиваются на отказ. Даже при обещании вполне солидной «благодарности». Я приложил все силы, но даже мои личные контакты отказывают в помощи, более чем прозрачно намекая, что и нам не следует лезть в это дело.

Юрий Николаевич набрал воздуха для резкого вопроса в стиле «Они что, не понимают, с кем говорят?» и… медленно и плавно выдохнул. Ответ-то очевиден: понимают.

— Это всё? — негромко уточнил мужчина.

Охранник на миг стушевался. Он крайне не любил докладывать непроверенную информацию.

— Выкладывай, — негромко потребовал Тюфякин, привычки своего подчиненного за пару десятилетий изучивший прекрасно.

— Что ж… — негромко протянул тот, как всегда в такие моменты перейдя на несколько более неформальный тон. — Я позволил себе провести небольшую проверку среди Семей тех, с кем чаще всего общалась Инна Михайловна…

Пассажир подобрался. Судя по тону, что-то найти ему все же удалось.

— Говори.

— Яковлевы и Ковалевы объявили о гибели тринадцатого наследника Максима и двоюродного племянника нынешнего патриарха Марата соответственно. Оба сообщения появились в одно и тоже время. Причины не объявлялись и, что удивительнее, время захоронения пресс-службы Домов обещают сообщить дополнительно.

Юрий Николаевич вновь задумался. Странно всё это. Особенно отказ от объявления причин смерти. Впрочем, и дату прощания обычно объявляют сразу же. Кроме тех случаев, когда у родственников нет доступа к телам.

— Это всё? — поинтересовался мужчина, чувствуя, как к горлу подкатывает неприятный комок.

— Не совсем, — ответил охранник.

Неуверенность его легко объяснялась. Полученные им данные были настолько косвенными, что в докладе им места и быть не могло. Однако Иван прямо-таки чувствовал: упомянуть о своих выводах он просто должен.

— Говори, — вновь подстегнула мыслительный процесс хлесткая команда сюзерена.

— В одном из последних пресс-релизов дом Ткачевых сообщает, что правнук Главы Роман не сможет принять участие в ежегодном Цветочном бале. В то же время Смирновы заявляют, что их представитель…

Охранник примолк на секунду, вспоминая имя.

— Валентин, — хмуро буркнул Тюфякин, имевший представление, с кем именно проводит время его внучка.

Хотя он не без оснований надеялся, что эту компанию Инна перерастет.